С каждым четвергом я всё сильнее любил этот день недели. Суммы выплат в кассе «Форта» росли и манили к себе магнитом. Пачки денег, переходившие из окошка кассы в «чемодан» Сергея, стали мерилом нашего благостного настроя. Как лето достигает в июле своего зенита, так наша фирма подошла к своей наивысшей точки развития.

— Ну чё, Серый, погнали в «Форт»!? – выдал я нетерпеливо, едва часы на телефоне показали «11:30». Тот расслабленно глянул на свой мобильник, зевнул и буркнул:

— Да, можно уже и поехать…

Мы сели в «мазду» и пропылили мимо проходной.

— Роман, ну глянь там в бардачке у меня диски! – потянулся рукой Сергей вправо.

Я открыл бардачок, на меня смотрели с десяток компакт-дисков и сломанные очки.

— Чё, ты дужку так и не сделал? – вытащил я очки.

— Не, — удрученно скривился Сергей. – Дай, кстати, их сюда!

Напарник взял очки из моих рук и положил перед собой на приборную панель.

— А когда это ты их успел накупить!? – удивился я, загрёб и вынул разом все диски.

— Да это я что-то решил купить несколько дисков из того, что слушал в молодости, — сказал Сергей, увидев в моей руке один из дисков, добавил. – Да, вот, вот этот давай, аха!

Я сунул диск в щель магнитолы – зазвучал первый трек, и пошли бодрые ударные.

Если б я родился в Северной Корее,
Я, наверное, стал бы милиционером,
Может, велорикшей, может, Ким Ир Сеном,
Hо, скорей всего бы, стал милиционером.

Музыка отбивала ритм – бесшабашный, заводной. Я начал постукивать руками в такт по коленям. Сергей, глянув на меня и сдерживая довольную улыбку, произнёс:

— Да, Роман, вот такие мы были в молодости!

Мужской голос принялся надрываться над вторым куплетом, а я заулыбался словам Сергея, ожившим в моей памяти истории, рассказанные им о своей юности – как он и его друзья-боксёры промышляли в разных районах города; катались в начале «девяностых» в Болгарию с товаром туда и обратно, сидели в купе с кучей денег и дрожали за них и товар, а рэкетиры и пограничники собирали по вагонам и мзду; сожгли киоск предпринимателя, не желавшего платить им дань; как дрались с парнями из других районов и убегали после дворами от «ментовской» облавы; как летел он в самолёте с набитой деньгами сумкой; как втроём с друзьями бил он семерых; как его, лежащего на земле, били пятеро…

Разухабистость песни легла на эти истории в моём сознании, автоматически вызвав приступ эйфории и восхищения Сергеем. «Какая интересная опасная была у него юность, не чета моей – юности примерного ребенка», — подумал я с горечью, кивнул, улыбнулся и произнёс: «Да, нормальная такая песня! Хулиганская…»

Если бы я стал рок-звездой,
Я затмил бы небо,
И, спасаясь от одиночества,
Открыл бы научным методом
Три источника творчества —
Тунеядство,
Пьянство,
Блядство,
Буги-вуги рок-н-ролл!

Я продолжал отбивать ритм, пока мы не выкатили с грунтовки на асфальт. Сергей нацепил на глаза очки и нажал педаль газа. Очки смотрели на меня инвалидной стороной без дужки, почти вернув лицу Сергея прежний образ.

В «Форте» мы снова получили свыше трёх сотен – продажи дихлофосов миновали пик, и пора было готовиться к их спаду. Вернувшись в офис, мы пошли втроём на обед.

— Серёж, поедем на дачу, заберём Ваню на кольце, — напомнила Вера под вечер.

Тот поморщился и едва уловимо кивнул. Ваня ввалился на свободное заднее место «мазды» около пяти часов вечера и сразу наполнил салон запахом алкоголя. Мы выехали с работы пораньше и подобрали его у обочины автомобильного кольца. Будучи в подпитии, Ваня глупо заулыбался блёклыми глазами, сказал «здрасьте!» и хлопнул дверью. «Мазда» рывком вернулась в поток машин. Я глянул на Ваню – наглаженные до стрелок брюки; рубашка в ненавязчивом рисунке, ровно заправленная под брючной ремень; зачёсанные аккуратно набок под пробор короткие светлые волосы; дежурный полиэтиленовый пакет в руке. Мне вспомнились алкаши, какие каждое утро шли мимо моего дома в разливную за новой дозой – наглаженные, выспавшиеся, аккуратно причёсанные. По пути Ванёк крутил головой и глупо улыбался, отвечая на вопросы Веры. С ним общалась лишь сестра.

Убив минут двадцать в очередной пробке на окружной, мы выбрались из неё и без четверти шесть подкатили к офису строительной компании.

— Щас мы, Вер, придём! – сказал Сергей, тяжело вздохнул, снял за единственную дужку очки, положил их на приборную панель и разом со мной вышел из машины.

«9.08.07 38.000*2» — сделал я запись в ежедневнике в тот вечер.

— Серый, а ещё что тебя склонило к тому, чтоб жениться именно на Вере? – выдал я вопрос, продолжая свой допрос. В пятницу 10 августа мы оказались в офисе вдвоём. Вера осталась с детьми и своей матерью на даче ещё с четверга. Мы с утра набили накладные на оба рейса и, по сути, расслабленно бездельничали в предвкушении выходных.

— Роман, да разное! – выдохнул Сергей, откинулся в кресле Веры на спинку, мы сидели за столами друг напротив друга. – Просто мы были всё время вместе… Вместе всё проходили, переживали… Я к ней долго присматривался… Верок, она всегда такой была… Она и техникум торговый с отличием закончила и танцами занималась… И уже со своим ансамблем она начала кататься на гастроли по Европе…

— Дааа!??? – удивился я.

— Дааа! Она же танцевала профессионально! Она была и в Испании, и во Франции! Верок – она молодец! – закивал Сергей.

— О! А чего она дальше танцевать не стала!?

— Роман, ну там уже у неё семья появилась! Уже пришлось выбирать – семья или карьера… Верок выбрала семью. Она мне и сама на днях говорила, что хочет на домашних делах, на семье сосредоточиться, а от бизнеса отойти, что я и сам тут справлюсь… Для неё семья важнее… А какая-нибудь типа твоей Лили выбрала бы карьеру… Все же разные.

— Ну, это – да, — кивнул я, вспоминая ледяные глаза Лили.

— Ну видишь… – развёл руками Сергей, взял со стола ручку и стал вертеть её меж пальцев. – Она же из-за меня и бросила свои танцы…

— Блин, серьёзно… – кивнул я, проникаясь бо́льшим уважением к Вере.

— Да, семья – это уже серьёзно! – закивал и Сергей. – Это ты пока просто не женат, сам себе хозяин… А семья – это уже обязанности… Приходится терпеть, подстраиваться…

Я несколько секунд молчал и, упорядочивая, усваивал новую информацию.

— Серый, ну а ещё какие были случаи, которые прям вот на тебя повлияли…?

— Роман, да я уж и не помню так… Да много чё было! Раз мы пошли на вылазку, ну, палатки, там… всё такое! И раньше, помнишь, спирт продавался в литровых бутылках!?

— А, да, помню! Был такой! – закивал я. – Но, он как-то недолго был…

— Да я уж не помню! – отмахнулся Сергей, улыбнулся. – И мы тогда с дрючбанами упились там все и уснули в палатке… А утром проснулись… А ходили на вылазку на два дня! Ну, на выходные… И проснулись, а водки нет! Искали, искали… Вера сказала, что мы всю её выпили ночью… Пришлось нам второй день трезвыми отдыхать…

Сергей умолк на секунду, вспомнил, заулыбался и добавил:

— А потом оказалось, что пока мы спали, Вера тихонько весь спирт вылила в костёр!

— Ха, нормально! – воскликнул я. – Это она ловко придумала…

— Да, — всё играл ручкой меж пальцев Сергей. – И таких случаев разных много было. Я одно время торговал кассетами с лотка на рынке… Ну, знаешь, такие лотки высокие!?

Сергей очертил руками в воздухе контуры чего-то, похожего на дверь.

— Ага! – закивал я, живо воскресив в памяти вид лотков с аудио- и видеокассетами, а позже дисками, во множестве в своё время заполонивших город. – Помню такие…

— Я торговал на левом берегу, а она жила на «Трёшке»! – приподнял Сергей в руке авторучку, делая акцент на расстоянии. – А тогда ж не было никаких маршруток… ходили только автобусы, трамваи и троллейбусы… и вот Вера ездила каждый день от себя ко мне на рынок, возила мне обеды, кормила меня… Я стою, ем, здесь же у лотка, а Верок стоит рядом, ждёт, пока я поем…

Сергей принялся орудовать невидимой ложкой, что-то сказал ещё, но его голос в этот момент утонул в моём внутреннем восклицании. Я почти остолбенел и очень ясно представил описанную картину. Во мне шевельнулась обида. Я примерил поступок Веры на себя и вдруг отчетливо понял, что ничего похожего в моей жизни не было. «А если бы случилось, то возможно и я был бы уже давно женат…» — додумал я мысль с горечью, не стал её развивать и вернулся к диалогу.

Наше неспешное общение длилось весь день, перемежаясь с походами на склад и поездкой на обед. Мы общались как старые друзья, каким нечего скрывать друг от друга. И хотя, Сергей лишь коротал время до конца дня, я же настырно раскапывал его прошлое, просеивая личность Сергея через свой ум и так пытаясь понять свою уже прожитую часть жизни, оставившую мне больше вопросов, нежели ответов.

Из привезенного второй фурой дихлофоса на керосине на складе лежала половина.

— Ну и чё мы будем делать с такими остатками? – глядя на меня недовольно, важно буркнул Сергей в понедельник утром.

— Что-то продадим до конца сентября, остальное будет зимовать… – пожал плечами я, не имея желания реагировать на настрой напарника.

— И ты уверен, что нам разрешат прям оставить такое количество на складе, и не заставят нас выкупать его? – продолжал Сергей.

— Надо договариваться… Не оставят – отправим назад… Но я думаю – оставят!

Сергей насупился, молчал и изучал моё лицо взглядом.

— За полавгуста и сентябрь что-то продадим, тыщи полторы вполне можем продать. А остаток даже и выкупить сможем, если вдруг насядут… – отмахнулся я и улыбнулся.

— Да и в октябре ещё продажи будут, — буркнул Сергей после короткой паузы, будто озвучил итоги своих размышлений.

— Ну, тем более… – примирительно кивнул я.

В дверь постучали.

— Да! – рявкнул Сергей.

Вошёл Сеня, переминаясь с ноги на ногу, сообщил, что сын его будет работать у нас лишь до конца лета, а там, с началом учебного студенческого года, уйдёт.

— Хорошо! – буркнул с недовольным лицом Сергей. – Мы тебя услышали, Сень…

Сергей замолк, так и остался сидеть как сидел, не повернув к кладовщику голову ни на сантиметр, дав всем своим видом понять, что разговор окончен.

— Серёж… – начал снова переминаться тот, вытер щепоткой пальцев нижнюю губу. – Я чё хотел спросить… а нового грузчика-то брать будем или как?

Сеня развёл руки в стороны, и его растопыренные негнущиеся пальцы затряслись. «Интересно, они трясутся оттого, что Сеня раньше много пил или оттого, что некоторое время не пьёт?» — озадачился я, отвлекаясь так от некрасивого фарса Сергея.

— Будем, обязательно будем! – сказал тот, сцепив пальцы рук в замок.

Кладовщик не уходил.

— Чё-нибудь ещё, Сень? – глянул на кладовщика из-под приподнятой брови Сергей.

— Ды нет, — сказал неуверенно тот, растерянно поглядывая на меня.

— Будем искать, Сень, обязательно будем! – кивнул я, тоном придав своим словам твёрдость. Кладовщик сразу успокоился и вышел. Я задумался, глянул на напарника:

— Слушай, Серый, надо грузчика искать… Че-то как-то навалилось всё разом…

— Да не будем мы никого искать, Роман, успокойся, не суетись! – отмахнулся тот и поморщился, словно я предложил глупость.

— Как это – не будем??? – обомлел я, уставился на Сергея. – А чё Сеня один что ли будет таскать там на складе и грузить??

— Ну а чё там таскать!? Два раза загрузить Петю и выгрузить Алексея Семёныча!?

— Бля, Серый, это много! Ты пойди, потаскай! – начал негодовать я.

— Роман, да я таскал не меньше твоего и знаю, что это такое! – обдал меня в ответ негативом напарник. – Я в «Саше» фуры тоже разгружал! Не один ты таскал!

— Бля, ну тогда ты должен знать, что это дохуя! И один Сеня там не справится! Он через три дня такой работы уволится нахуй, да он и работать не станет один! Я бы не стал!

— Ну… это ты бы… а я считаю, что Сеня и один может работать… Чип чё, мы можем пойти и помочь ему… если уж совсем приход будет большой!

— Бля, Серый, а зачем это надо!? – не понимал я. – Чего ради мы будем работать без грузчика и таскать за него товар!? Пусть грузчик новый приходит и работает!

— Роман, ну а зачем отдавать пять тысяч в месяц какому-то грузчику, если мы здесь сами сидим целый день на жопе и можем помочь выгрузить приход, и то не каждый день!

— Серый, да дело не в том, что мы тут сидим целый день, дело в деградации фирмы! Зачем сокращать штат!? Мы можем себе позволить грузчика. У нас хороший доход. Если ты считаешь, что у нас много свободного времени, давай займём его – поищем клиентов, новый сбыт… но не ходить и таскать коробки на складе… Это неверное решение, Серый. Мы являемся управленцами фирмы, пусть даже маленькой. И у нас с работниками склада разные функции. Мы должны делать свою работу.

— Роман, ты можешь говорить что хочешь, а я вот считаю, что мы легко обойдёмся без грузчика! – обрезал мои доводы Сергей.

Я словно споткнулся о его фразу, помолчал несколько секунд, добавил последнее:

— Ну а если Сеня уйдёт? Не захочет один работать и уйдёт… Наши действия?

— Роман, да никуда Сеня не уйдёт! – сказал Сергей раздражённо, отмахнулся.

— Да куда он пойдёт? – произнесла Вера, я перевёл удивленный взгляд на неё, Вера продолжила. – Кому он нужен? В грузчики если только. В кладовщики его не возьмут. Я бы, по крайней мере, не взяла…

Возможно, слова Веры стали решающими, потому как я прекратил свои потуги.

«Делайте, что хотите», — пронеслось в моей голове и оставило осадок горечи.

— Ну, хорошо, пусть будет так… – кивнул я, ткнул указательным пальцем в сторону Сергея. – Тогда будешь сам Сене объяснять, почему мы не взяли грузчика, а обещали…

Сергей глянул на меня внимательно, ничего не сказал.

— Слушай, ну… нескромный такой вопрос, Серый… а ты никогда жене не изменял? – задал я вопрос, зная ответ заранее и не интересуясь фактом ответа, а именно причинами. Мы катили на «мазде» через центр города в оголтелом полуденном трафике.

— Роман, а не изменять не получится! – сказал Сергей, расслабленно ведя машину. – Это ж просто физиология… Я помню, один раз пришёл в понедельник на работу… Это у Давидыча было, когда мы ещё не переехали в садик! Пришёл и чувствую, трахаться дико хочу! А секс-то с женой был, вот, перед сном… буквально только что… Я сижу, в голову никакие мысли не лезут, член стоит и всё тут!

Сергей приподнял сжатую в кулаке руку. Я засмеялся, Сергей тоже, продолжил:

— Дааа… и я сижу мучаюсь, и дрючбан там одни со мной работал, тоже такой же… Ну, мы с ним до обеда дотерпели, сели в машину и поехали к Монументу… Там же стоят постоянно бабы… И мы подъехали – стоит одна… Договорились по цене, она села к нам, и мы поехали в сторону парка, там, где лес есть у дороги… Приехали… Ну… надо начинать… Она такая говорит – А есть у вас выпить и закусить? Мы пошарились по машине, какой-то кусок сала нашли, а выпить не было… Поехали, купили в киоске самую дешёвую водку, приехали обратно, съехали с дороги в лес… Блять, как щас помню – она сидит, держит в одной руке полный стакан с водкой и в другой – кусок сала!

Я представил картину – вздрогнул.

— И она выпивает этот стакан… – продолжил Сергей, расширяя глаза в удивлении.

— Весь што ли!?? – скривился я.

— Дааа… весь! Прикинь! Весь! Сколько там было сто пятьдесят или двести граммов водки! Она его выпивает и берёт и кусает этот кусок сала! – Сергей скривился, изображая челюстями надкус белой жирной массы сала, от чего меня повторно своротило.

— И её накрывает с этого стакана водки, она пьяная ложится на заднем сидении на бок, что-то там бормочет, типа – давайте, парни…

— А вы чего?

— Да а чего мы? Стянули с неё трусы и давай… по очереди… – машина остановилась в пробке, Сергей хлопнул себя по лбу ладонью, покачал головой, хихикнул. – Блять, как вспомню, аж стыдно становится! И мы, дураки, потом бегали за ней по лесу, ловили… с этими… с торчащими членами! А на них гондоны болтались!

Сергей прыснул смехом сильнее, приставил руку себе к промежности и задвигал пальцем, изображая болтающийся на бегу член. Я залился краской и засмеялся. История выглядела столь дурацкой и нелепой, что определённо была реальной.

— Ну, а ты вообще сколько раз изменял жене? – успокоившись, произнёс я.

— Роман, да я вот уже два года, как ни разу… Раньше бывало… А щас… – Сергей задумался. – Просто я знаю, что у меня есть тело, которое сделает всё, что мне надо! Но иногда хочется и чего-то другого… Просто, после чужой и на свою бодрее залазиешь!

«У меня есть тело, которое сделает всё, что мне надо… Тело… Есть тело, которое… Вера… Тело сделает всё, что мне надо», — проплыло в моей голове и записалось в памяти. Фраза резанула слух, но я промолчал, поворошив свои прошлые отношения и отметив, что таких желаний у меня не было – девушки, с какими я встречался, мне искренне нравились, и я не думал о сексе на стороне. С другой стороны, все мои отношения длились недолго… «Есть тело, которое сделает всё, что мне надо», — застряло в моей голове.

Во второй половине августа продажи дихлофосов ожидаемо снизились и даже прекратились на целую неделю, сдвинувшись с места только под самый конец месяца.

И случилось то, чего я опасался – «Арбалет» начал предлагать товар «Люксхима» другим фирмам города, нашим клиентам. На мой звонок по поводу очередного заказа менеджер «Мангуста» с нотками извинения сообщил эту неприятную новость, добавив, что цены «Арбалет» даёт ниже. Помогло то, что за долгие годы работы у меня сложились доверительные отношения с этим парнем – я узнал цену конкурента, и сказал ему, что мы будем поставлять товар на пару процентов ниже и зафиксируем скидку на все следующие поставки. Получив мои заверения о новых условиях, менеджер согласился оставить нас поставщиком этого товара. Ситуация была спасена.

— Хорошо, что в «Мангусте» такой нормальный малый! – произнёс я, едва положил трубку и откинулся назад в кресле за столом, посмотрел на нервно жующего губу Сергея. – А то бы сейчас просрали и эту базу!

— Да, нормально так вы поговорили… – шмыгнул носом тот и задрыгал ногой.

— Ну в общем, ты слышал, Серый! Теперь будем продавать «Ерша» в «Мангуст» вот с такой наценкой. Денег будет меньше, но, рынок удержали за собой, поэтому, нормально. Пусть будет так. Вер, пометь себе где-нибудь эту наценку на «Ерша» для «Мангуста».

— Да, Ром, я поняла! – встрепенулась та от оцепенения.

— Надо музыку какую-нибудь поставить! – сказал я, едва мы выехали с территории завода, и полез в бардачок, принялся перебирать компакт-диски.

— Ды поставь, — буркнул расслабленно Сергей.

Большинство исполнителей пело шансон или откровенно воровские песни – такое я не слушал. Ковырялся в дисках я долго, пока не определился с выбором – «Кино». Я знал все популярные песни этой группы почти наизусть, хотелось чего-то неизвестного.

— О, никогда эту не слышал! – сказал я и быстро переключил на нужный трек.

Первые звуки песни сигналами метронома гулко поплыли по салону.

Над землёй — мороз, 
Что не тронь — всё лед, 
Лишь во сне моём поёт капель. 
А снег идёт стеной, 
А снег идёт весь день, 
А за той стеной стоит апрель.

Я слушал знакомый тембр голоса и пытался понять слова, текст мне нравился.

А он придёт и приведёт за собой весну, 
И рассеет серых туч войска. 
А когда мы все посмотрим в глаза его, 
На нас из глаз его посмотрит тоска. 
И откроются двери домов, 
Да ты садись, а то в ногах правды нет. 
И когда мы все посмотрим в глаза его, 
То увидим в тех глазах Солнца свет.

— Интересная песня… – произнёс я.

— Правда што ли никогда не слышал!? – удивленно глянул на меня Сергей.

— Неа, ни разу! – мотнул головой я, совершенно сбитый текстом песни.

На теле ран не счесть,
Нелегки шаги, 
Лишь в груди горит звезда. 
И умрёт апрель, 
И родится вновь, 
И придёт уже навсегда.

Я запутался окончательно. Текст превратился в бессмысленную кашу.

— Не пойму, о чём он поёт? – произнёс я.

— Да это про Бога, — сказал Сергей.

— Про Бога??? – удивился я и стал вслушиваться.

А он придёт и приведёт за собой весну, 
И рассеет серых туч войска.

— Ну да, про Бога! Апрель – это Бог! – шмыгнул носом Сергей.

А когда мы все посмотрим в глаза его, 
На нас из глаз его посмотрит тоска.

В секунду смысл слов песни стал мне ясен, и действительность вокруг перестала быть – я слышал лишь голос Цоя и метроном. А когда дома лёг спать и попытался заснуть, в моей голове зазвучала эта песня, и возник образ – за пеленой дождя явилось лицо. Глаза Его внимательно смотрели на меня, будто всё зная и понимая. Я зажмурился сильнее, но образ не исчез, лишь звуки метронома усилились, дождь полил как из ведра, и мне стало нестерпимо стыдно. Я уснул.

— Удочку себе купил!??? – удивился я, слушая в один из дней напарника вполуха и зацепившись вниманием за это слово; Сергей никогда не был рыбаком, и выбор его меня крайне удивил. – Зачем тебе удочка, Серый!???

— Как зачем, Роман!? – даже слегка обиделся тот. – Рыбу ловить! Буду на рыбалку ездить! Ты, вон, качаешься в зале, у тебя есть хобби! Вот и у меня будет хобби!

— Да ты же тоже собирался вроде как качаться, — улыбнулся я. – Штангу купил на дачу, сам говорил… Кстати, как она поживает, таскаешь её?

— Таскаю! – резко буркнул Сергей.

Я перевёл взгляд на Веру, встретился с её улыбающимися глазами, заметил, как она спрятала идущий наружу сарказм в улыбке, всё понял. Мы, как обычно, сидели в офисе.

— Серый, ты не перестаёшь меня удивлять! – хмыкнул я. – Сколько ж денег отдал?

— Семнадцать тысяч! – бодро выдал тот.

— Семнадцать тысяч!!!??? – выкатил я глаза, мои брови от удивления уползли почти на затылок. – Серый, блять, это ж пиздец!! Семнадцать тысяч!! А чё такую дорогую-то!?

— Роман, я может, собираюсь всерьёз рыбалкой заняться!? Вечно вот ты начинаешь сразу эти свои расспросы!

— Серый, да я не расспрашиваю, я просто удивляюсь… Я прикидываю, если бы я решил заняться рыбалкой, ну, купил бы сначала какую-нибудь дешёвую удочку, набил бы на ней руку, опыта набрался, а там бы уже стало ясно, какую удочку покупать получше… А то ты отдал такие деньги, а вдруг она не совсем такая, какая нужна… они ж там разные бывают… хотя, я в этом ничего не соображаю… Ладно, купил, так купил! – отмахнулся я.

— Роман, ну там я за эти деньги много чего купил! – стал будто оправдываться тот. – Там же ещё ящик специальный я купил, там все грузила и крючки лежат по коробочкам…

Сергей начал пространно объяснять особенности рыбалки, я слушал совершенно без внимания, лишь покачивая головой, улыбаясь и периодически посматривая на Веру.

— А что, я тоже буду ездить на рыбалку! – выдала вдруг она, словно в поддержку решения мужа. – Вы же будете меня брать с собой тоже да, мальчики!?

— А с кем он собрался на рыбалку-то ездить, Вер? – кивнул я в сторону Сергея.

— Да есть там один рыбак заядлый у нас, живёт в соседнем подъезде, — поморщила носик Вера, отмахнулась, улыбнулась.

Я попытался сопоставить Сергея и рыбалку, но не смог и снова покачал головой.

По обеим строящимся квартирам мы оплатили около половины стоимости и, по настоянию Сергея, заморозили платежи на год.

— Роман, ну какой смысл щас выплачивать всю сумму, когда мы можем покрутить и заработать на них? – привёл Сергей самый веский аргумент. – До конца строительства ещё два с половиной года. Я предлагаю пока не носить туда деньги! Квартиры сейчас уже так быстро не дорожают. А где-нибудь за годик до конца строительства тогда начнём носить туда и выкупим квартиры уже полностью! – выдал он тираду, и не дав мне возможности возразить, добавил. – Ну в крайнем случае, если уж цены на квартиры снова прыгнут, мы тогда быстро начнём носить туда деньги и выкупать их!

Я согласился.