Я и Сергей поехали за деньгами.

— Серый, вот ты бы каким делом занялся, если б денег было достаточно!? – начал я и приготовился к очередному диалогу, маршрут – в «Форт» и обратно – я любил сильнее прочих. – Вот, мы поработали так несколько лет, заработали нормально денег, фирма выросла, мы наняли работников, и у нас появилось свободное время… ты бы чем занялся!?

— Ромыч, ну… – озадачился Сергей.

— Ну вот что тебе нравится больше всего, Серый!? – смаковал я мысль.

— Роман, да я не знаю… щас, дай подумать… – Сергей умолк.

— Подумал? – тормошил я напарника.

— Мне вот готовить нравится! – выдал тот. – Я бы открыл какой-нибудь небольшой ресторанчик, так, чтоб почти для своих… И готовил бы там сам! Ну, не всегда, но когда было бы желание, я бы сам там готовил и угощал бы посетителей…

— А чё, хорошая мысль! – воскликнул я и понял, что приятно удивился. – Мне нравится! Вот заработаем денег – откроешь свой ресторанчик! Я к тебе буду приезжать!

«Мазда» простучала колёсами по переезду.

— А я б кино пошёл снимать! – мечтательно закинул я руки назад за подголовник.

— Кино!??? – повернул удивленное лицо ко мне Сергей.

— Ну да, а чё!? Мне нравится! Классное занятие! – продолжил я, улетая фантазией в будущее и видя себя на съёмках грандиозного фильма. – Режиссёром быть круто!

— А чё не актером!?

— Не, актером не интересно! Не… можно конечно и актером, но лучше режиссёром!

Машина выкатила на асфальт, и меня вжало в кресло.

— Ну эт тебе тогда в Москву надо ехать!? – произнёс после паузы Сергей.

— А чё, я бы и поехал! – пожал плечами я. – Но это, если ехать, то не скоро… пока тут с тобой всё разовьём, так, чтоб фирма уже работала почти без нас… и… можно ехать… Когда тут уже всё будет нормально, и каждый из нас захочет заняться чем-нибудь ещё!

Сергей промолчал, и эта пауза в общении вышла в пару минут – мы проехали весь посёлок – и тут, словно обдумав новую информацию и найдя в ней своё, Сергей произнёс:

— А кино – хорошее дело! Так что, давай, Роман, тренируйся снимать! Я потом дам тебе денег, тоже вложусь…

Продажи дихлофосов, как задали темп, так его и держали. Остатки главного товара сезона таяли с каждым днём. К середине июня его оставалось около пятисот упаковок.

— Серый, пора заказывать вторую фуру! – выдал я, покручиваясь в кресле за столом.

— Да ну! – сдвинул брови тот. – Ты думаешь, заказывать ещё одну фуру!???

— Ну да, сам прикинь – мы первую продадим к концу июня… То есть по факту она уйдёт за два с половиной месяца… то есть к середине сезона… И впереди ещё два месяца, а если повезёт с погодой в сентябре, то два с половиной месяца нормальной торговли…

— Да не, Роман, какие два месяца!??? – запротестовал Сергей. – Июль и две недели августа и всё! Полтора месяца! Какие два с половиной!??? Не, какую фуру, ты чё!?

— Серый, да я понимаю, что в сентябре уже торговля будет так себе, но ведь самый пик – последняя неделя июля и первая августа – ещё впереди! А там продажи будут ещё больше! Пик компенсирует спад… Подумай…

— Не, Роман, это уже авантюра какая-то! Мне нравится то, что ты предлагаешь, но это уже перебор! – замотал отрицательно головой напарник. – Десять тонн, вот, будет в самый раз! Но фура – не, мы не продадим!

— Серый, ну смотри сам, давай подумаем… – решил я достучаться до Сергея сквозь его сомнения холодной логикой. – Половину мы продадим точно… согласен?

— Ну, — шумно выдохнул тот, скрестил руки на груди и нервно задрыгал коленкой.

— Это – две с половиной тысячи… и продадим мы их примерно к середине августа, когда продажи пойдут на спад… так?

— Ну.

— За остальное тёплое время тоже будут продажи, так? Мы же что-то продадим до конца сентября всё равно…

— Ну… продадим, да, — кивнул Сергей с осторожностью.

— Ну, вот по-твоему, сколько можем ещё продать за это время? До тысячи, да?

— Ну… семьсот… Коробок семьсот-восемьсот примерно можем продать…

— Хорошо, пусть семьсот, — согласился я. – Итого, три двести из четырех девятьсот…

Я посмотрел на Веру, та схватила калькулятор, потыкала в его кнопки и выдала:

— Тысяча семьсот остаётся!

— Ну, нормально! – развёл я руками, удовлетворившись расчетами.

— И куда мы это денем!? – то ли не понимал, то ли упирался дальше Сергей.

— Как – куда!? Зимовать будут на складе! Пусть стоят до следующей весны… А за зиму мы ещё и переоценку сделаем и заработаем на этом! – добавил я аргумент.

— Так нам придётся же выкупать товар!? – вцепился Сергей в избитый аргумент.

— Да почему – выкупать? Посмотрим! – я вздохнул, ощутив растущую усталость. – Не факт, что придётся! Попробуем договориться, чтоб заморозили сумму долга до весны.

— Да неее… – нахмурилась Вера. – Не согласятся… слишком большой долг будет…

— Вер… – снова вздохнул я, поглядел на жену напарника с укоризной. – Согласятся. И именно потому, что долг большой… Если долг будет маленький, то его будут трясти, а если большой, то стрясти его будет сложно. Какой выход у них? Забирать товар обратно? Это себе дороже и зимой нереально. И сумму такую с нас не получить… Проще будет её заморозить… Ладно, чё мы обсуждаем то, чего ещё нет!?

Я вдруг разозлился, захотелось закончить разговор уже конкретикой.

— Пока ещё нечего обсуждать… но я предлагаю всё же завезти снова полную фуру… Нам отгрузят её без проблем! Мы за первую щас расплатимся, там будут довольны, сразу на тех же условиях отгрузят вторую. Я считаю, надо брать, пока дают. А что останется, если останется, хер с ним – осенью разберёмся! Будет проблема, будет и решение! Ну чё щас обсуждать!? – развёл я руками, умолк и понял, что почти обессилел.

— Роман, ну, можно завезти фуру… – начал Сергей, вдруг осёкся, и тут же махнул рукой, поборов сомнения. – Да не, в принципе можно завезти! Да! Давай завезём! Я – за!

Решение было принято. Заявку мы составили и отправили в тот же день, оставив в главной графе цифру без изменения. Ставки в игре снова выросли, адреналин прыснул в кровь, и меня охватил ещё больший азарт.

— Хочется создать династию, — огорошил меня Сергей, едва начался наш очередной диалог в машине. Мы вывернули из ворот завода и покатили по кочкам.

— Создать династию!??? – уставился я на него в недоумении и не веря своим ушам.

— Да, династию… – повторил Сергей, не уловив в моём удивлении иных оттенков.

— Это, когда свой дом… лестница такая дубовая на второй этаж… и вдоль лестницы портреты висят династические предков, да? И твой – самый первый, самый солидный, да? – описал я картину, мгновенно возникшую в моём сознании.

— Ну да, так хотелось бы… – сказал Сергей совершенно серьёзно.

— То есть, ты бы хотел, чтоб твои дети, внуки… подходили к твоему портрету и говорили, не знаю, гостям или родственникам – вот, мол, наш дед! Основатель династии… Это всё он начал… Создал семейный бизнес…???

Я всматривался в обращённое взором на дорогу лицо Сергея и не находил в нём ни малейшего намёка на шутку, иронию или что-то подобное, что позволило бы усомниться в серьёзности его мыслей и слов.

— Да, хотелось бы так… – кивнул Сергей, чем вогнал меня в ступор. Я вдруг понял, насколько мы с ним разные. «Это пиздец… Серым движет тщеславие… Не, я знал, что он тщеславен, но настолько… Делать что-то только ради того, чтобы повесить на стену свой портрет и чтобы на него молились… какая глупость и пошлость…» — меня передёрнуло, и образ Сергея, упиравшийся по началу чуть ли не в небосвод, в одно мгновение проскочил точку нашего равенства, сжался до мизера, и именно с этого момента я стал смотреть на него уже сверху. Внизу, у моих ног, карликом стоял Серёжа Лобов и капризно требовал от жизни портрет себя на стену достижений.

Пока мы болтались на грунтовке, я молча обдумывал его слова и произошедшую во мне перемену. А когда «мазда» стремительно пошла по асфальту, то мысли мои перестали скакать, и из их хаоса освободился мой сарказм. Я сразу уловил этот переход, он случался во мне в отношении к людям, утерявшим в моих глазах авторитет и значимость. Сарказм, словно голодный демон, дремавший, но ждавший, враз стал свободен и тут же накинулся на жалкую личность Сергея, желая обглодать её. И процесс внутри меня, до этого шедший вяло, ускорился и тоже вышел наружу – я задумался о будущем фирмы и о своём месте в ней. Я вгляделся в это будущее сквозь своё сознание и не увидел там ничего. Воздушный замок враз поплыл, и общность с Сергеем потеряло будущее. Я задумался. И мысли мои ускорил сам Сергей.

— Ромыч, что будем делать с деньгами!? – произнёс он в очередную поездку.

— Серый, ну… – выдохнул я, собирая с мыслями. В июне у нас пошёл поток денег за отгруженный ранее товар. Деньгам этим, что называется, надо было дать ума.

— Да ну! Зачем??? – нахмурился Сергей и повернул удивленное лицо ко мне, едва я

снова заикнулся о новых договорах дистрибьюции с более крупными производителями.

— Мы хорошо разогнались на нашем товаре, Серый! Но мы почти на максимуме… – развёл я руками. – Больше мы уже не выжмем из того, что есть… Если хотим развиваться, надо думать о развозе всерьёз… Надо уже набирать штат менеджеров, чтобы они начали плотно работать с розницей, и добавлять к Пете ещё машины… И пусть бегают…

— Да зачем нам это надо, Роман!? – ещё недовольнее стало лицо Сергея.

— Серый, а иначе никак… Мы весь свой оптовый потенциал уже выбрали… и дело даже не в этом… Мы сидим на бартерной схеме, и сбыт бартера у нас идёт тоже в опт, и долго это не продержится… Все, такие же как мы, тоже пихают бартерный товар в те же базы, а они не резиновые… Сам же видишь, как в «Пересвете» конкуренция усилилась… Хорошо, у нас в «Меркурии» Сеня есть – там всё тихо. Но Сени может и не стать в один момент… и всё… Куда мы будем обменный товар девать? Мы висим на соплях, Серый! – я снова развёл руками. – Поэтому, я бы полез уже в серьёзную дистрибьюцию, взял бы пару крупных заводов, заключил бы с ними контракт и стал бы их тащить… Да, прибыль там будет обычная минимальная… но, не это главное! Главное то, что такие заводы тащили бы нас как локомотив, а весь наш теперешний товар шёл бы прицепом… И на нём наценка бы осталась прежней, понимаешь!? Мы за счёт «локомотива» удержали бы наценки на товар.

— А что, ты думаешь, мы не удержим их что ли??? – к удивлению, во взгляде Сергея примешались беспокойство и страх.

— Нет конечно! То, что у нас получилось – это халява! Так уж вышло… ну, нам, тупо повезло! Я тебе сказал при объединении – накручиваем по-максимуму и рубим бабки… Да, нас зажмут потом, но деньги будут уже у нас в кармане! А победителей не судят!

— Ну я помню, ты говорил, что мы всего три года проработаем и всё! – с претензией в голосе насел на меня в обратную напарник. – Ну вот мы работаем уже два года, и наши продажи только растут. Я что-то не вижу, чтобы нас кто-то зажимал, как ты выражаешься!

— Серый, всё правильно ты говоришь! – начал я пропитываться эмоциями. – Я сам удивлен, что мы работаем уже два года, и никто из наших конкурентов даже не копнулся пробить наши наценки! А у нас везде больше двадцати процентов!

— Блять, да у нас и больше тридцати! – гоготнул тот с удовольствием.

— Вот именно! – хмыкнул и я. – И сейчас рынок начнёт сжиматься, а он уже начал… Сети будут только расти и давить розницу. У оптовиков сбыт в рознице будет падать. Все сильнее полезут в оптовые базы… наценки начнут снижаться… и все кинутся искать более рентабельный товар, а у нас именно такой!

— И что ты предлагаешь?

— Я тебе только что сказал!

— Роман, да зачем нам это надо!? – дёрнулся раздражённо Сергей, скривился, будто услышал очевидную глупость, посмотрел на меня удивлённо. – Телега и так едет!

— Серый, хорошо! – выдал я нетерпеливо, сдержав уже рвущуюся наружу резкость. – Я тебя понял – ты не хочешь вкладываться в развитие фирмы, с этим согласен… Тогда – твои предложения!? Что будем делать с прибылью?

— Я бы участки стал покупать! – тут же произнёс Сергей.

— В смысле – участки?? – не сообразил я.

— Землю, участки земли!

— Ну а какие именно? Они ж разные бывают – есть под застройку, есть под какое-то пользование… Да и денег у нас на них не хватит… Такие участки, гектарами меряются…

— Да не – дачные участки, участки под частные дома… Они сейчас дешёвые, будут дорожать, вот увидишь… А так, можно прикупить несколько участков…

— А сколько ж они сейчас стоят примерно?

— Роман, да по-разному! Вот у нас в Сладковке в той же мужик один шесть соток за тридцать тыщ продаёт. А Сладковка котируется, считается хорошим местом! И то он уже полгода продаёт, всё никак не продаст. А так они по десять тысяч стоят! Купить участков по десять-двадцать, да и пусть лежат, есть они не просят. Два года их подержать и продать в два раза дороже, вот тебе и пятьдесят процентов годовых прибыли!

Я задумался. Мысль нырнула в мозг, побежала по извилинам, превратилась в наши заработанные деньги, и те разлетелись по дачным участкам. Идея мне не нравилась – так деньги распылялись, я же считал верным держать их в одном-двух объектах. «Накупим этих участков, и как оформлять их? Каждый участок на двоих? Это бред! Мы потонем в бумажках. Придётся оформлять по одному на каждого… Тоже не вариант – участки будут дорожать по-разному и продаваться по-разному. Половину продашь, половина застрянет, вот и вся прибыль… останется в земле… да и не соображаю я в участках, какой и сколько стоит… А то так накупим и будем потом не два года, а лет пять с ними сидеть. Не, проще ещё вложить в квартиру, и пусть строится… А то ещё один сработает по участкам лучше, а второй хуже, и начнутся дрязги… Ну их!» — пробежали в голове мысли скопом.

— Да не, Серый, — поморщился я и отрицательно мотнул головой, — мне эта идея не очень нравится, разосрём деньги по участкам, потом хер соберём!

— Роман, да чё разосрём деньги-то!? – воскликнул тот.

— Серый, не знаю как ты, но я в участках ничего не соображаю… Какие покупать? Где? Не! – мотнул головой и остался на своём – подписании крупных дистрибуций.

— Не… Роман, вот этим точно не стоит заниматься… У нас и так всё нормально… Мы ровненько идём… Ты, конечно, говорил, я помню, что мы через два-три года закроемся… Но, как видишь, не закрываемся, работаем и только растём! – съязвил Сергей, отмахнулся.

— Серый, я не говорил, что мы закроемся… Я говорил, что года через два, максимум три, нас зажмут, и нам придётся снижаться до обычных наценок, и халява с большой прибылью кончится! – возмутился я перевиранию моих слов.

— Не, я отлично помню – ты говорил, что мы закроемся! – повысил голос и Сергей.

— Серый, я такого не говорил, я сказал, что нас зажмут! – упёрся я.

— Роман, я всё равно не считаю, что нам нужны дистрибьюции! – резанул Сергей.

— Серый, ну, не считаешь, так не считаешь… Я не настаиваю… просто высказал своё мнение… – произнёс я примирительно, гася взаимное раздражение и недовольство.

Оба умолкли, и я, скорее размышляя вслух, нежели увещевая Сергея, произнёс:

— Когда мы с отцом занимались пивом, у нас соседи напротив торговали сахаром…

— Да, ты рассказывал, я помню! – нервно, будто желая пресечь рассказ в зародыше, перебил Сергей. – Вы продавали пиво, брали у них сахар и на нём зарабатывали больше, чем на пиве! Вы молодцы, Роман!

Пропустив колкость мимо ушей и уловив запах банальной жгучей зависти, я лишь ухмыльнулся и продолжил: «Да не, Серый, я не об этом… не о нас таких замечательных с отцом. У этих сахарников были грузчики, молодые парни лет по тридцать… И один из них как-то мне сказал, что они в своё время тоже с друзьями занимались бизнесом, и всё у них было… деньги хорошие стали зарабатывать… а потом, как обычно – начались гулянки, пьянки, девки, сауны… и деньги свои они прокутили вместе с бизнесом…»

Я сделал паузу, уловил, что Сергей обратился в слух, удовлетворенно продолжил:

— Так вот самое главное – не стать теми парнями, у которых всё было, понимаешь? У нас отличный шанс построить серьёзный бизнес. Мы сейчас на пике, так раскочегарили продажи, что больше некуда. Нам надо переходить на новый качественный уровень. Нам нужен интенсивный шаг, сейчас мы движемся экстенсивно, мы этот уровень освоили весь – всё, большего на нём мы не выжмем… Чтобы сделать качественный переход, нам нужно вложиться – такой переход предполагает большие затраты денег и энергии… Но потом это окупится экстенсивным расширением на новом уровне… и оно будет больше нынешнего… А потом новый уровень… И так постоянно… Мы не должны просрать наш шанс, Серый…

— Роман, да я понял тебя! – резко произнёс тот.

К третьему году общения я уже неплохо разбирался в оттенках голоса и интонации напарника. Резкость и раздражение последней фразы Сергея я определил безошибочно – нежелание слушать якобы нравоучения и неприятие на слух слов, встречающихся больше в книгах, нежели на улицах и в подворотнях. Я заметил, что у него с подобными словами выходил конфуз – он запоминал их плохо и неточно. Желая не казаться отсталым, Сергей намеренно вкраплял в свою речь узкоспециальные слова, повышая тем в глазах слушателя вес себе и сказанному. Но понимание таких слов и оперирование ими давалось Сергею с трудом. И люди, у коих это выходило естественно и легко, вызывали у него недовольство. Мой отец и я часто являлись источником такой реакции. Поначалу Сергей скрывал её, но чем дольше мы общались, тем чаще и ярче она стала проявляться.

В машине повисла тягучая пауза. Я отвернулся к окну.

«Не будет тут толку… Надо деньги выводить, аккумулировать их в одном месте, а дальше видно будет…», — подумал я с горечью. Зная уже достаточно Сергея, я понимал – продави я свой вариант, и всю суету с ростом фирмы, все новые вопросы решать за двоих придётся мне. Сергей бы не отказался напрямую, он лишь, по возможности, отлынивал бы от дел. И это знание меня остановило. В тот момент, молча глядя в окно, я бросил вожжи, пустив общий бизнес на волю течения. Я понимал, что подписываю фирме приговор. Но грести за двоих я уже не желал.

— Можно ещё одну квартиру заложить и пусть строится… – прервал я молчание.

— Ещё одну? – встрепенулся Сергей и удивленно посмотрел на меня.

— Ну да… однушку можно… мы потянем, я просчитывал…

— И где, там же?

— Да, в том же доме! Двушку не потянем, а однушку – вполне! – кивнул я.

Покусав губы пару секунд, Сергей буркнул: «Ну давай заложим…»

— Лады. Я тогда зайду туда, узнаю, что к чему…

— Да, сходи, узнай! – отмяк тут же Сергей. – Можешь, даже сегодня сходить…

— А по поводу участков, Серый, смотри, если есть желание ими заняться, то можем тоже заняться! Можно попробовать. Только я в них не соображаю, поэтому, если хочешь, ищи участки, будем их смотреть, может и прикупим несколько… – сделал я шаг навстречу напарнику, и чувство вины, отчего-то возникшее в груди и тяготившее меня, улетучилось.

Наш диалог почти сразу перешёл на прочие отвлечённые темы.

— А ты бы вот какое кино хотел бы снять!? – вдруг озадачил меня Сергей.

— Да фиг его знает, Серый, — пожал я плечами. – Боевик какой-нибудь, фантастику…

— Ну да, я примерно так и думал, — произнёс Сергей. – А почему именно такое?

— Это, знаешь, на уровне подсознания… Иногда спишь и видишь какие-то сны, и у меня там в них постоянно какая-то пальба, космические корабли…

— Эт тебе такое снится? – глянул на меня Сергей.

— Ну да, — сказал я, ощутив стеснение.

— Понятно, «Звёздные войны», короче! – улыбнулся Сергей.

— Ну, типа того, — улыбнулся и я. – Я бы киберпанк снял.

— Это что такое? – метнул на меня удивленный взгляд Сергей.

— Смотрел «Бегущий по лезвию бритвы»? – оживился я.

— Ну да… Это киберпанк што ли!? – оживился и Сергей, нахмурил наигранно брови.

— Да, типа того… Вот такой стиль мне нравится! Я бы что-нибудь такое снял!

— А мне фильм вообще не понравился! – скривил губы Сергей. – Он какой-то ни о чём, бессмысленный! Роботы какие-то бегают, за ними мужик бегает, ловит их зачем-то…

— Ты просто смысла фильма не понял, смотрел на картинку, не вник в суть…

— Ну какой там смысл!? – тут же среагировал Сергей с сарказмом.

— Да простой – смысл ценности жизни. Этот репликант в конце не убил охотника именно поэтому, что сам ранее понял ценность жизни и хотел, чтоб тот её тоже узнал, и до того дошло… когда репликант держал его за руку на крыше дома и мог в любой момент отпустить… Он же в финале уехал с секретаршей, которая тоже оказалась репликантом…

— Да? – удивлённо и растерянно посмотрел на меня напарник.

— Да… просто надо не поверхностно смотреть, а понять смысл… А так да – бегают там стреляют… обычный боевик, только красиво снятый…

— Кто-то же придумывает вот такое, да!? – покачал головой Сергей.

— О, да такое обычно не придумывается, а выскакивает откуда-то из подсознания во сне! – махнул рукой я. – Спишь, спишь – раз и приснилось! И пошёл снимать…

— Мне одни кошмары снятся! – с досадой сказал Сергей.

— В смысле – кошмары? Что именно?

— Ой, да, Роман, разное! – отмахнулся Сергей. – Какая-то жуть – кровища, я кого-то убиваю, режу, за мной кто-то гонится, я весь в крови, все кругом в кровищи, кишки…

— Ого! – чуть не присвистнул я. – Нихера у тебя сны!

— Да, я говорю – жуть! Я плохо сплю… засыпаю и сплю какими-то урывками…

— Не, я сплю как младенец! – улыбнулся я. – Вообще почти ничего не снится… так, редко… Ложусь и вырубаюсь сразу и до утра!

— Ну вот участок нормальный, — произнёс Сергей утром в понедельник 18 июня. Он привёз ворох свежих газет, сразу разложил их на столе и забегал глазами по страницам.

— Звони, если что, можно и съездить посмотреть, — сказал я, растёкшись остатками утренней полудрёмы в кресле у двери. Сергей посмотрел на меня внимательно, вздохнул и начал тыкать пальцем в кнопки факса. Как я услышал из разговора, участок находился за городом километрах в пятнадцати. Владелец просил за него пятьдесят тысяч рублей.

— Вот есть ещё один там же недалеко! – сказал Сергей. – Можно и его посмотреть.

— Звони, съездим и туда заодно! – кивнул я, потянувшись и сложив руки на груди.

Сергей договорился о просмотре и второго участка.

— Ну чё, поедем смотреть!? – предложил он и встал из-за стола.

— Ды поехали! – оживился и вскочил я.

— Вер, ну, чип чё здесь разрулишь, хорошо!? – сгрёб со стола телефон Сергей.

— Хорошо, Серёж, — отстранённо произнесла Вера.

Мы вышли на улицу, подошли к «мазде». Бок машины сыграл на солнечном блике и обнаружил на себе длинные продольные волнистые царапины.

— Ого!!! Серый! Где это ты так!? – остановился я и болезненно поморщился.

— Да это мы с Мелёхой и Федотом ездили в субботу на вылазку! – всплеснул руками тот. – Лазили на машинах по лесу… Федот впереди на своём джипе, а я за ним… Чуть не застрял там, продираться сквозь кусты пришлось в одном месте!

— Ну… как-то жалко… – сказал я, видя, что царапины глубоки.

— Да ладно, буду продавать – отдам деньги, заполирую и всё! – отмахнулся Сергей и нырнул в салон. Я обошёл машину и на левом боку увидел то же самое, пожал плечами, вернулся обратно и сел в салон. Внутри всё было под стать – полы, панели машины были местами вымазаны землёй, будто несколько человек скакали по всему салону и сидениям. Мы поехали. Я вдруг понял, что неряшливость Сергея наконец-то сказалась и на машине. «Мазда», купленная им два года назад семилетней, смотревшаяся тогда буквально новой с аккуратно сбережённым салоном, теперь выглядела изношенной. Я брезгливо огляделся.

— Да это, Роман, можешь не обращать внимания! – отмахнулся Сергей, заметив мой взгляд. – Верку́ надо будет сказать, она уберётся тут, помоет…

— Да не, я ничего… Но заметно, что вы погудели на выходных неслабо…

Мы покатили на север. Коснулись города по окружной дороге и выехали на трассу, ведшую на Москву. Первый участок оказался подле заброшенной деревеньки в несколько домов. «Дохлое место», — оглядевшись, подумал я и поставил на участке крест.

— Ну чё, Роман, пойдём посмотрим!? – бодрясь, произнёс Сергей.

— Да пошли, — кивнул я и перепрыгнул вслед за ним придорожную канаву.

Миновав посадку деревьев, мы вышли к разбитому на участки полю. Большинство участков даже не было обнесено, лишь размечено торчащими из земли палками. Искомый участок находился во втором ряду. Мы миновали первый ряд и замерли у палки-колышка.

— Этот похоже… да? – произнёс Сергей и добавил кисло. – Ну и чё, как тебе?

— Не знаю… мне никак, себе я бы тут участок не купил… Какие-то брошенные дачи.

— Ну да… что-то и мне не очень… – сник Сергей, посмотрел на меня внимательно. – Чё, поедем другой посмотрим? Или в офис?

— Да смотри сам, Серый, — пожал я апатично плечами. – Можем и прокатиться…

— Ну поехали, прокатимся! – взбодрился тот.

Проехав с десяток километров на север, мы оказались в крупном посёлке. Второй участок оказался таким же заросшим бурьяном. Отсутствовала даже разметка. В попытке понять его границы Сергей стал названивать владельцу, без толку. Я в это время слонялся с отстранённым видом подле «мазды».

— Ну чё, поехали? – подойдя, кисло предложил Сергей.

— Да, поехали, — кивнул я и сел в машину.

Пропетляв по улочкам посёлка, мы вернулись на трассу.

— Чё, когда поедешь на счёт квартиры? – произнёс Сергей, дав понять вопросом, что тема с участками закрыта. Я не проявил к ней интереса, а его энтузиазм иссяк за полдня.

— Да хоть сегодня могу заехать… – сказал я, глядя в окно. – Чё, узнать про однушки?

— Да, узнай, заложим ещё одну квартиру. Пусть строится…

Вечером после работы я заехал в офис строительной фирмы.

— Пятьсот тысяч первый взнос и подписываем договор! – отчеканила коммерческий директор, едва я озвучил цель визита.

— Пятьсот нет, есть триста, — как есть сказал я.

Женщина пробежалась пальцами по кнопкам калькулятора, произнесла:

— Ну давайте хотя бы четыреста – тридцать процентов!?

— Да нет сейчас четырехсот, есть только триста. – повторил я. – Вы не переживайте, мы точно квартиру выкупим до конца строительства, ещё же два с половиной года! У нас фирма нормально работает, доход хороший!

Коммерческий директор замялась.

— Но если это принципиально, то я могу прийти через месяц – будет четыреста… – сдал назад я, верно рассчитав приём.

— Так, сидите тут, сейчас я схожу к директору! – Среагировала женщина и зацокала шпильками по коридору, вернулась через минуту и произнесла нарочито серьезно:

— Директор разрешил, взяла я подписание под свою ответственность! Вы дольщик дисциплинированный, на хорошем у нас счету! Но имейте в виду, если что, директор меня повесит!

— Не переживайте, всё будет хорошо. Мы вас не подведём, — сказал я, добавил, что договор будет на двух собственников – меня и партнёра по бизнесу – и подписывать его мы приедем в следующий понедельник. Получив согласие, я простился и вышел на улицу.

Погода стояла шикарная, спешить было некуда, и я пошёл домой, став обдумывать одну мысль. Чувство вины перед отцом не давало мне покоя. Я знал, что не виноват в его уходе из фирмы. Даже, когда отец пытался вменить мне вину за случившееся, я не принял его доводы. Но внутри ощущал её и искал способы избавиться от этого давящего чувства. И, кажется, нашёл – я решил оформить свою половину «однушки» на отца.

«Если бизнес будет идти нормально, то можно будет вторую половину выкупить и оставить квартиру отцу… в качестве компенсации за незаработанные им деньги в фирме… ну и чтобы он не думал, будто я такой плохой сын…» — созрело в моей голове.

На следующий день я предложил Сергею оформить квартиру на моего отца и Веру. Тот согласился. В понедельник 25 июня мы подписали договор долевого строительства на «однушку» площадью 49,16 квадратных метров в том же доме, где строилась предыдущая.