Сергей объявился в начале июня – он позвонил во время завтрака.

— Да, алло, слушаю! – закашлялся отец. – Да, слушаю! А, ты, Серёж, привет.

Держа трубку подле уха, он медленно направился на балкон. Я пошёл следом.

— Ну, я тебя понял, Серёж, — произнёс, наконец, отец и почесал задумчиво кончик носа. – То есть ты принял решение работать с нами!? Мы? Да, конечно. Ну, мы же тебе сделали предложение, значит, собираемся объединяться! Иначе к чему все эти разговоры!

Отец умолк, слушая и иногда произнося «угу» и «ну, да».

— Ну, раз тебя уже выпроваживают, то можешь везти свой товар к нам на склад, раз решил работать вместе. Это разумно. Когда ты хочешь его привезти?

Сидя спиной к отцу на балконном диванчике, я глядел во двор и слушал.

— Мы сейчас едем на склад. Хорошо, дождёмся тебя. Давай, подъезжай через пару часиков. Выгрузим тебя. Договорились. Хорошо. Пока, — отец нажал кнопку телефона.

— Чё, он уже хочет товар свой привезти? А мы же документы ещё не оформляли!? – резко развернувшись, удивился я.

— Оформим, что за беда? – спокойно произнёс отец.

— Просто как-то не по порядку всё, — пожал я плечами. – Давно бы уже оформили документы и начали работать. Месяц прошёл! Хотя, может, у него там свои какие дела…

Приехав на склад, мы начали погрузку. Вскоре со стороны проходной послышался звук мотора, и к складу подкатил бортовой «ЗиЛ» с контейнером в кузове.

— Сергей приехал, — произнёс я.

— Ну, приехал, так приехал, — отозвался отец, неся коробки в «газель».

— День добрый, — возник у входа квадратный силуэт в шортах, майке и шлёпанцах.

— Привет, Серый! – выпалил я, и мы пожали руки.

— Здравствуйте, Анатолий Васильевич, — учтиво произнёс тот, чинно сблизился с отцом и почти как на официальном приёме обозначил рукопожатие.

— Привет, Серёж, — буднично ответил отец.

— Загружаетесь? – произнёс Сергей.

— Да, почти уже загрузились! – радостно выдал я. – А ты там чего привёз!?

— Да там весь мой товар, мы с Анатолием Васильевичем утром созванивались, решили, что мне лучше его сразу везти к вам, — сказал Сергей, отирая тыльной стороной ладони обильный пот со лба и висков. – Дихлофосы, освежители, в общем, «Аэросиб» и соли немного. И я захватил несколько витрин, подумал, может, пригодятся нам тут.

— Правильно, Серый! Молодец! Вези всё, разберёмся! – засмеялся я, порадовавшись хозяйственности будущего компаньона. – Сейчас, погоди, докидаем и подъезжай сюда!

— Давайте, я вам помогу, всё быстрее будет, — произнёс тот и вмиг оказался рядом, показал рукой на коробки, уточнил «эти? сколько? десять?», услышав моё «угу», схватил одну, мигом отнёс в кузов «газели», вернулся, схватил следующую. Управился за минуту.

— Всё, па, отъезжай, — сказал я. – Серый, подъезжай, будем тебя разгружать.

— Может я пока поеду отвезу товар, а вы сами тут разгрузитесь? – предложил отец.

— Нормальная идея! – поддержал я. – Поезжай, па, а мы выгрузимся пока.

— Ну чё, подъезжать? – переспросил Сергей, едва «газель», натужно рыча, укатила.

Я кивнул. Тот пошёл к «ЗиЛу». Я хмыкнул, походка Сергея смешила. Широкие плечи, короткие ноги, полноватая комплекция. Он шёл, часто перебирая ногами, и руки, казавшиеся короткими из-за плеч, болтались тряпичными кистями в такт шагов. Грузовик подъехал к складу. Сергей, сопя, неловко и с трудом залез в кузов и открыл контейнер.

— А поддоны зачем привёз? – удивился я. – У нас их навалом тут.

— Ну, я ж не знал, — сказал Сергей и гоготнул. – В общак! Мой взнос в общак будет!

— Ладно, давай! – улыбнулся я, проникаясь к тому всё большей симпатией.

«Клёвый малый этот Серый!» — думал я, пока мы трудились. «Надо же, так удачно всё вышло – и товар получили какой хотели и партнёра такого замечательного, доброго, весёлого, открытого! Батя, вот, как всегда, вечно недоволен всем. Даже и сейчас злой. Чем ему Серый не угодил? Ну спросил снова про схему работы. И чего? Можно было ответить нормально. Нет, надо нагрубить человеку, которого, мало того, что не знаешь, так и ещё и нормальному. Сработаемся мы с Серым, похоже. Отличный партнёр у нас будет».

Я радовался тому, что время моего затворничества в работе с отцом кончилось. Я так устал от его нотаций, нравоучений, чтения морали и вечных рассказов как надо жить, а как не надо, что готов был всё бросить и уйти куда глаза глядят. Настолько всё обрыдло. Я уже не хотел видеть отца в принципе. Затхлость окружавшей жизни душила. И потому я всеми силами устремился к новому как летит из глубины вверх ныряльщик, чувствуя, что кислород на исходе, и наградой за терпение вот-вот станет спасительный глоток воздуха.

— Витрины, давай, сначала скинем! – разогнал мои мысли Сергей.

— Блин, да у нас своих там некуда девать, — кивнул я в сторону прежнего склада.

— В общак, тоже пойдут в общак! – снова гоготнул Сергей и расплылся в улыбке.

Новый склад был почти пуст, и мы отнесли витрины в самый дальний его угол.

— Ну, вы ж с «Арбалетом» работаете? – произнёс Сергей.

— Да с «Арбалетом», по-моему, все работают, — ответил я. – Вы же работали?

— Да, у нас с ними бартер на хорошие объёмы был. И с «Мангустом» работаете?

— Работаем. Вы же тоже работали, да?

— Аха! – сказал Сергей, исковеркав слово «ага». Я давно привык к местному говору, смягчавшему букву «г» до смешанного «гх». Но чистое «х» резануло мой слух.

— Получается, вы со всеми у нас тут оптовиками работаете? – продолжил Сергей.

— Да как и все, с кем-то работаем, с кем-то нет, — уклончиво произнёс я.

Сергей пожевал нижнюю губу, хотел что-то сказать, но лишь задумчиво вздохнул. Минут за сорок, неспеша, мы выгрузили на три поддона дихлофосы. Сергей тяжко сопел, а пот с его лица лился ручьями. Несмотря на жару, я лишь размялся и едва взмок. Следом пошли соли – коробки килограмм в пятнадцать. Едва закончили, Сергей тяжело выдохнул, распрямился и упёр руку в поясницу.

— Устал? – брякнул я.

— Да не, спина, — тут же сильнее сморщился тот, глянул на меня. – У меня ж спина сорвана, поэтому я стараюсь её беречь.

Я посочувствовал, сказал, что у отца спина тоже сорвана и тут же подбодрил тем, что объединимся, увеличим торговые обороты и сразу наймём кладовщика и грузчика.

— В «Саше», наверное, хорошо зарабатывал? – поинтересовался я следом.

— Да, Давидыч хорошо платил. Не всем. Всем обычно, а мне нормально. Я у него на хорошем счету был, в своё время ему «Сашу» поднял. Поставщиков находил и контракты подписывал, и по городам катался, и тут по городу сбыт весь нашёл.

Сказанным я восхитился, ведь нам с отцом достался активный и опытный партнёр.

— Давидыч, знаешь, по сколько мне платил!? – обронил Сергей.

— По сколько?

— По сорок тысяч в месяц.

— Ничего себе! – открыл я рот от удивления и присвистнул.

— Ну, он мне официально двадцать платил и, чтоб остальные не знали, ещё двадцать так давал. А то, если б остальные в «Саше» узнали, то такой бы хай подняли!

— Ещё бы! – поддержал я.

Сумма, озвученная Сергеем, ошарашила. Десять тысяч считались в городе хорошей средней зарплатой; двадцать – комфортной, при которой уже могли оставаться излишки.

— Да уж, понимаю теперь тебя. Я бы тоже расстроился, если б фирма так закрылась резко! – сказал я и подбодрил. – Ну, ничего, будем стараться заработать больше!

— Да ладно, — отмахнулся Сергей. – Если у нас хотя бы по пятнашке в месяц будет выходить, я буду уже счастлив!

Едва мы всё выгрузили, как вернулся отец, окинул взглядом склад, закурил.

— Есть сигарета? – произнёс я.

— А ты тоже куришь что ли? – удивился Сергей.

— Да у нас все курят. И мать тоже, — кисло отмахнулся я. – Вот, собираемся бросать. А кто-то тянет одну за одной, да, па?

Отец смерил меня уязвлённым взглядом, отвернулся и бросил через плечо:

— Я быстрее тебя брошу курить, вот посмотришь.

— Посмотрим! – азартно сказал я, и уже Сергею добавил. – А ты не куришь что ли?

— Не, не курю, давно в молодости курил. В шестнадцать начал, а в двадцать бросил.

— Сильно, — впечатлился я. – Надо тоже бросать это дерьмо, и так желудок болит…

— Ага, единственный из своей компании, помню, бросил. Все так и курили дальше, а я сказал себе, что брошу и бросил, — добавил Сергей. – А что у тебя с желудком?

— Да, гастрит, наверное, не знаю, так, иногда болит, — отмахнулся я. – Питаемся, как попало, целый день на колесах. У отца раньше болел, вот, мне передалось по наследству.

— Так, ну, мы грузиться будем!? – оборвал отец.

— Да, — встрепенулся я. – Давай грузиться, а то расслабились тут.

— Ну, а мне что делать? Вам помогать или как? – развёл руками Сергей.

— Да ты, собственно, можешь ехать, — сказал отец. – А с чего тебе нам помогать? Товар свой ты привёз, теперь дело стало за документами. А это мы и сами загрузим.

— Я просто подумал, вроде как мы уже вместе, получается, — с недоумением на лице растерянно произнёс Сергей. – Можем уже начинать продавать весь товар от фирмы.

— Серёж! – уставился на того отец, заходив желваками. – Но документы ведь не сделаны! О чём ты говоришь? Вот оформим всё, тогда и начнём работать вместе!

— Анатолий Васильевич, да я звонил в эту организацию, какая открывала фирму мне, там у них какая-то задержка, сказали, что сейчас пока документы не могут принять, через две недели, сказали, можно приносить. Вот я и подумал, чего две недели терять? Можно ведь уже начать работать! Чего деньги-то терять!?

— Серый, а мы работаем, — брякнул я. – У нас процесс-то никак не зависит от даты объединения. Ну, если сейчас у тебя там что-то не получается, хорошо, давай через две недели. Ничего страшного. Мы как работали, так и работаем. А ты уж там сам смотри.

— Ладно, я понял, — сказал тот разочарованно. – Вы прям, что Анатолий Васильевич, что ты – люди принципиальные и всё у вас строго по порядку.

— Ну, а ты как хотел, Серёж!? – вспылил отец. – К чему все эти разговоры. Сначала документы, потом работа. А не наоборот, как ты предлагаешь!

— Хорошо-хорошо, Анатолий Васильевич, я вас понял! – смиренно сказал Сергей. – Я тогда завтра ещё им позвоню, узнаю, что там и как, и вам тогда отзвонюсь.

— Вот это другой разговор! – произнёс отец, повернулся ко мне. – Что грузим?

Я показал, и мы начали погрузку. Сергей неуютно помялся рядом, подошёл ближе и принялся помогать, неуклюже подавая коробки с поддона то мне, то отцу. Дискомфорт ситуации вынудил меня продолжить общение с Сергеем на первую попавшуюся тему – я спросил его, где тот живёт, услышал ответ – не по пути – и предложил всё же подвезти.

— До рынка докинем, па? – произнёс я.

— Докинем, — обрезал тот металлическим тоном, не прекращая грузить товар.

Через полчаса мы загрузились. Закрыв ворота склада, я сел в «газель» последним, и тут же упёрся плечами в квадратный торс, занявший едва ли не две трети всего сиденья.

— Серый, двигайся! – сказал я.

— А, да, — подвинулся тот, шмыгнул носом, вытер в который раз пот со лба и упёрся пальцами руки в панель перед собой, придерживая грузное тело от дорожной болтанки.

Миновав проходную, мы оставили позади и дежурившую там тётку. Поплывшая в фигуре женщина курила, проводив нашу «газель» цепким взглядом сквозь старомодные круглые крупные очки с заметными диоптриями. По виду ей было лет под сорок.

— А чё это за баба? Она тут работает что ли? – поинтересовался Сергей.

Я ответил, сказал, что вахтёрш тут несколько, дежурят они посменно, денег им не платят, но вахтерши собирают мзду со стоящих на заводе машин, тем и живут.

Миновав переезд, «газель» натужно проскрипела рамой и выехала на асфальт.

— Странно, вот, вы продаёте уже «Люксхим» сколько лет на рынке, а у вас его так никто и не отобрал, — вдруг произнёс Сергей, словно озвучил заботящую его мысль.

— В смысле – странно!? – удивился я. – А с чего, вдруг, у нас должны отобрать его!? Мы торгуем своим товаром, другие – своим. У нас просто со всеми хорошие отношения.

— Как ты относишься к другим, так и к тебе относятся, Серёж! – вставил отец.

— Ну да, — спустя заметную паузу размышлений, выдал, будто бы даже удивленно Сергей. – У вас и вправду хорошие отношения со всеми. Интересно.

Наш разговор с Сергеем перешёл в обычный трёп и совсем не отложился у меня в голове. В какой-то момент в него включился отец, и до меня донеслось окончание фразы Сергея: «Ну, вот вы товар бартерный, Анатолий Васильевич, куда продаёте после?»

— Серёж!!! – побагровел, вдруг, отец, жилы на его шее вздулись. – Я тебе в третий раз говорю, мы не будем обсуждать эту тему, пока документы не будут оформлены!!!

Машина шустро катила по окружной мимо огромных складов «Оптторга».

— Что ты постоянно выспрашиваешь – что, да как!!!??? – рубанул ребром руки по приборной панели отец перед самым носом у Сергея. – Какой ты настырный!!! Тебе же сказано было – нет!!! Нет, значит – нет!!! Что непонятного!!!???

Я мысленно сжался в комок. Медленная скользкая полная ужаса мысль поползла сквозь мозг: «Да ты чего делаешь!? Он же сейчас соскочит, и всё – прощай «Аэросиб»!

— Анатолий Васильевич, а чего вы кричите на меня? – спокойно произнёс Сергей. – Я же на вас голос не повышаю.

— Того и кричу!! – отец запнулся, закашлялся. – Я не кричу, я тебе объясняю, что не надо быть таким упёртым! Тебе сказали – после подписания документов! Что ещё надо!? Нет, ты снова и снова пытаешься узнать, куда мы возим свой товар! К чему всё это!?

Отец закашлялся сильнее. Я сидел тише воды, ниже травы и каждую секунду ждал от Сергея слов навроде: «Всё, давайте закончим с этим! Никакого объединения не будет!»

Но, к моей радости и не меньшему удивлению ничего такого не случилось. Сергей, как и ранее, повёл себя неконфликтно, мягко и податливо.

 — Да я не выспрашиваю, как вам может показаться, — сказал он, всем видом выказал удивление, непонимание, даже оскорбление. – Я уже воспринимаю вас и Рому как своих партнёров по фирме. Мы уже, по сути, объединились, я уже и товар вам на склад привёз.

— Серёж! – отец почти остыл. – Не морочь мне голову! Товар, как завёз, так можешь и вывезти, если захочешь. Ты сам это знаешь. И словесные клятвы, и заверения ничего не стоят. Вот документы оформим, тогда и начнётся общая работа. А пока её нет. И больше, давай договоримся, мы к этой теме не возвращаемся.

— Ну, раз так, то давайте, — обмяк Сергей и надул губы.

С минуту мы катили в неловкой тишине. И снова я нарушил её всё с той же целью – лишь бы не лишиться забрезжившей надежды, сказал Сергею, что можно найти другую юридическую фирму, если та, в какую он звонил, не сможет быстро оформить документы. Сергей согласился и замолк, спустя минуту шмыгнул носом и произнёс:

— Вон там мне остановите, Анатолий Васильевич.

«Газель» перестроилась и подкатила к обочине. Я выскочил, выпуская Сергея.

— Ну, всё! Звони, давай, как будут новости! – сказал я и крепко пожал ему руку.

— До свидания, Анатолий Васильевич, — произнёс Сергей и потянул руку к отцу.

— Пока, Серёж, — сухо и сдержанным рукопожатием ответил тот.

Сергей развернулся и пошёл прочь. Мы поехали обратно. Мне захотелось снова упрекнуть отца в жёсткости, даже агрессивности, но, глянув на него, я лишь произнёс:

— Да, неслабо ты его приложил…

— А пусть не вынюхивает! – резанул отец.

С минуту мы ехали молча, пока отец, вдруг, не произнёс из задумчивости: «Хитрый малый – этот Серёжа! Так всё по-тихому аккуратненько норовит выспросить и разузнать».

Я не стал спорить. Схожая мысль появилась и у меня, но была незаметна под слоем других. Я зациклено думал об объединении, и никакие события не могли поколебать моё желание совершить шаг, казавшийся мне столь важным и единственно верным.

«Газель» бодро отмотала половину пути, и мы свернули с окружной в «Оптторг». Я выскочил из машины, отметил в офисе накладную и быстрым шагом потопал к складам, а завидев идущего навстречу Алексея Семёновича, сразу расплылся в улыбке. Как всегда в кепке, тот шёл, зажав в зубах кривую потухшую папиросу, и лукаво улыбался.

Мы горячо поздоровались. Экспедитор в очередной раз дал определение офисным сотрудницам и размерам их задниц, после уже серьёзно спросил, как дела у нас с отцом. В эйфории я рассказал всё как есть – что создаём мы фирму, объединяясь с человеком, коего тот знает, в общем – укрупняемся!

— Ого, вот это новость! Ну, поздравляю, Ром! – крепко пожал экспедитор мою руку. – А с кем же вы объединяетесь!? Кто ж такой!?

— Алексей Семёнович, да ты его знаешь, Сергей из «Саши»! – сказал я. – «Саша» же закрылась, а товар остался, вот мы и решили с ним объединиться и продолжить работать!

— А, Серёжа, знаю… – протянул экспедитор, задумался, приподнял кепку и почесал под ней затылок. – Знаю я его, смуглый такой, Серёжу знаю… Тогда успехов вам, Ром… Дело хорошее… Давайте, растите, укрупняйтесь! Денег вам побольше заработать!

— Спасибо, Алексей Семёнович! – пожал я с чувством тому руку, поспешил дальше.

— Рамзес, хошь, новость скажу!? – изобразил Вовка лицом интригу.

— Давай.

Мы шли вдвоём по территории «Пеликана» от офиса к складу. Я нёс накладную и разрешение на выгрузку, Вовка увязался следом, снова сбежав от офисной скуки.

— Петровича Папа выгнал нахуй! – выдал Вовка, вытаращил на меня снизу вверх свои зенки и, поджав нижнюю губу, расплылся в нарочито дебильной улыбке.

— Чё, серьёзно, что ли!? – удивился я.

— Да, совсем выпер его к хуям собачьим! – радостно отмахнулся Вовка и потянул джинсы вверх. Помешал живот. Запыхтев, Вовка разжал руки, и джинсы упали обратно.

— А за что он его?

— А вот ты догадайся! Ну, догадайся, кто подсказал Папе!? – Вовка забежал на шаг вперёд, упёрся рукой мне в грудь, лукаво зажмурился и кровожадно улыбнулся.

— Ты что ли подосрал Петровичу!? – произнёс я, зная ответ, но желая подсластить Вовкино самолюбие.

— Яяя!!! – ощерился довольно тот.

— Кто бы сомневался, — сказал я, подойдя к «газели».

Подсунув руки под бёдра, отец сидел на водительском месте и не мигая смотрел прямо. «Как истукан», — пролетела мысль. Отдав ему бумаги, я направился в склад.

— Знаешь, я теперь кто!? – крутился Вовка рядом.

— Паразит ты после этого, вот ты кто! – резюмировал беззлобно я.

— Хы-хы-хы! – засмеялся он. – Да не, я не об этом! Я теперь на месте Петровича, коммерческий директор! Так что смотри, теперь все поставки строго через меня! Я с вами, поставщиками, разберусь! Будете по струнке у меня ходить! Платить будете все вот сюда!

Вовка оттопырил карман джинсов. Внимательно и иронично я посмотрел на него. В каждой шутке есть доля правды. В шутках Вовки правда была почти вся.

— Да ладно, Рамзес, я пошутил! – стушевался тот. – Вы у меня на особом счёте!

Во время выгрузки Вовка слонялся по складу растопырив по-хозяйски руки, болтал без умолку и наигранно командовал кладовщицами. Наконец, мы вернулись на улицу.

— Ну чё, буржуи, всё? Домой? – упёрся Вовка стоптанной туфлей в колесо «газели».

— Да, на сегодня всё, есть уже охота, — кивнул я, ухмыльнулся. – Вечером идём?

— Ясен палец, Рамзес! Ты такие вопросы глупые задаёшь!

— В девять у гостиницы?

— В восемь! – выдал Вовка.

— Вечер обещает быть долгим… – рассмеялся я.

Встретившись в назначенное время, мы за десять минут дошли до проспекта. Лето, июнь. Погода стояла шикарная. Лавируя в потоке людей, мы крутили головами туда-сюда.

— Ух, какая фигурка! – громко прошипел я Вовке на ухо и пихнул его в бок.

Впереди нас шла девушка в белой майке без рукавов, джинсовой юбке до середины бедра, в белых чешках на босу ногу и с сумкой на плече. Что-то неуловимо знакомое было в её движениях. Я присмотрелся. Ростом около метра шестидесяти, собранный назад хвост русых волос, стройная, но с формами фигура. Девушка двигалась легко. Каждое движение подчёркивало её женскую природу. Я заинтересовался. Мы ускорились.

Это оказалась она! Официантка из «Чистого неба»!

Вот почему движения её мне показались знакомыми. Я растерялся, почти запнулся в шаге, но смог выдавить из себя банальное «Здрасьте!»

— Здрасьте! – игриво отозвалась девушка, и её глаза вмиг заблестели.

Мой взгляд невольно скользнул вниз к груди, и я забыл, что хотел сказать дальше. Вовка закряхтел, неловко подтягивая штаны. Пару секунд наблюдая нашу растерянность глубоким взглядом зелёных глаз, всё поняв, девушка звонко засмеялась. Я смотрел на неё как зачарованный. В своём смехе девушка виделась ещё красивее. Опомнившись, я стал задавать самые тупые вопросы, на какие в ту минуту был способен мой мозг. Вовка тоже что-то брякнул. Наконец, я добрался до вопроса про имя девушки, предложив знакомство.

— Рита, — произнесла та облегчённо и тихо посмеиваясь.

— Рома, — представился я.

— Владимир! – протянул галантно руку Вовка.

— Очень приятно! – вложила в неё свою аккуратную ручку Рита.

Мы прошли рядом несколько десятков метров, я смутился окончательно, но решив, что до первого общения достаточно, торопливо простился с девушкой и потянул Вовку за собой в обратную сторону. Рита засмеялась, помахала нам рукой и пошла дальше. Отойдя достаточно, я обернулся и уловил в движениях девушки появившуюся уверенность.

Остаток вечера прошёл неоригинально. В два ночи я и Вовка выбрались из клуба в обычном состоянии. Надышавшись свежим воздухом, я достал сигареты, протянул Вовке. Тот замотал головой, сказав, что его это «заебало», но сцапал из пачки сигарету и закурил.

— Надо бросать, Рамзес, эту гадость! – махнул рукой Вовка. – Звони этому балбесу!

— Надо, — кивнул я и после пары гудков добавил. – Не берёт трубку, странно…

— Какую-нибудь очередную пассажирку дрючит где-нибудь в кустах, — выдал Вовка и засмеялся. – Сам тощий, а член, небось, до колен.

У гостиницы Эдика не было. Мы сели к другому «бомбиле», и тот предложил свои услуги, сказав, что у Эдика начались выпускные экзамены. Номер его я записал.

Сергей позвонил 13 июня в понедельник следующей недели. Он сказал, что вроде как всё уладилось в той юридической конторе и подавать документы можно хоть завтра.

В среду я и Сергей посетили юридическую фирму. Я пребывал в эйфории, Сергей же выглядел отрешённым, воспринимал мою радость слабо, диалог поддерживал вяло. На вопрос юриста оба подтвердили, что Сергей продаёт мне половину фирм за минимальную сумму в пять тысяч. Сергей извлёк из пакета папку с документами и протянул девушке.

— Примерно через неделю всё будет готово, — произнесла юрист, едва мы подписали документы и оплатили услуги, и мило улыбнулась. – Мы вам позвоним.

Сказав дежурное «спасибо», оба вышли из кабинета.

— Поздравляю! – улыбаясь, протянул я руку Сергею. – Теперь мы с тобой партнёры!

— Тебя так же, — вяло пожал руку тот, вздохнул, теребя пакет. – Ну что, пошли?

Я кивнул. На улице, расхаживая с сигаретой у «газели», нас ждал отец.

Я предложил потратить неделю на выбор и подготовку офиса. Отец согласился.

— А что мы с завтрашнего дня разве не начнём общую работу? – удивился Сергей.

Отец сказал, что это как раз и будет общая работа, ведь офиса у нас нет, его надо выбрать из помещений офисного здания и, наверняка, сделать минимальный ремонт.

— А что тогда с товаром!? – произнёс Сергей.

— А что с товаром? Стоит на складе, что с ним будет? Как все организационные вопросы решим, так и начнем работать. А пока нам ещё свой надо товар подраспродать.

— Это – как это!? Что-то я не понял! – услышав ответ отца, насторожился Сергей. – Вы, значит, свой товар продавать будете, а я свой нет или как?

Я сказал, что на привезённый им товар мы не претендуем, что он может продать его сам и забрать прибыль себе, а все новые поставки пойдут уже в общее дело.

— Не, ну так как-то неправильно тоже, — растерялся Сергей.

Желая его окончательно успокоить, я назначил дату, сказал, что до первого июля работаем раздельно, а после – вместе, и посмотрел на Сергея, тот мялся.

— У нас будет, чем заняться до первого июля, Серый, вот увидишь! – добавил я, сказал, что помимо вопроса с офисом, надо будет нанять кладовщика и грузчика, а мне и отцу продать остатки розничного товара и закончить переезд со старого на новый склад. – И у тебя, наверняка, есть оставшиеся дела, ты же говорил, что вёл какие-то там операции.

— Да нет вроде у меня ничего такого, — произнёс Сергей.

— Ну, нет, тогда займись своими делами или просто отдохни, — резюмировал отец.

— А много у вас розничного товара? – спросил Сергей, сказав, что мать его работает продавцом у хозяина розничных точек на рынке, и он может предложить тому наш товар.

Мы согласились. Пообещав поговорить с хозяином точек, Сергей торопливо выдал:

— Ну, хорошо, тогда вам скажу чё по чём. В общем, будем пока на связи или как?

— Да почему – на связи!? – удивился отец. – А офис? Чего тянуть-то? Надо ж решать вопрос с офисом! Подъезжай завтра с утра на завод, будем искать себе помещение.

Сергей на секунду задумался, произнёс кисло:

— А какие маршрутки к вам ходят?

Я назвал и тут же спросил: «А ты без машины?»

— Да, пока без машины, я ж свою «тойоту» продал. Вот, как раз думаю на выходных покататься на авторынок, прицениться к машинам. А пока так, пешком.

Следующим утром мы выбрали себе офис – комнатку метров в семь площадью на первом этаже административного здания, а для работников – вполовину меньшее смежное помещение, которое за зарешеченное окно, точь-в-точь тюремное, я назвал «кильдимом».

— Мда, тесновато, — сказал отец, задрав голову, уставился на облупленный потолок будущего офиса. – А так, небольшой ремонт сделать и можно трудиться.

— Ну что? – кивнул я Сергею. – Как тебе?

— Да как… – отмахнулся недовольно тот. – Других же вариантов нет.

— Нет, — подтвердил я.

— Ну, значит, здесь будем, — скривился Сергей.

Вариант с ремонтом офиса своими руками он отклонил сразу. В соседнем здании трудилась бригада рабочих, которых мы тут же за три тысячи и наняли.

Несколько дней мы с Сергеем не виделись, занимались своими делами – привезли дверь в офис, перевезли часть товара из старого склада в новый и трудились на развозе.

Ремонт в офисе оказался именно на три тысячи – как попало побеленный потолок, налепленные вкривь обои, заляпанное краской окно с пыльными стёклами, выкрашенный густо в коричнево-рыжий цвет пол и новая некрашеная дверь без ручек и замков. Втроём войдя в комнату, мы стали её осматривать: нужна была вторая розетка и замок в дверь.

— О, точно! – среагировал я на реплику отца и посмотрел на него. – Завтра тогда с утра захватим инструменты, заедем по пути замок купим и врежем, да, па?

— Врежем, — буркнул тот недовольно.

— Ну, всё тогда? – поинтересовался Сергей. – Вроде как на сегодня дел нет никаких.

— Да, похоже на сегодня всё. Ну! – глянул я на обоих. – Тогда расходимся до завтра.

Выйдя на улицу, мы с отцом направились к складу, а Сергей на остановку.

Следующим утром, когда я и отец приехали на завод, Сергей уже расхаживал вдоль палисадника офисного здания с задумчивым лицом и заложенными за спину руками.

— Сейчас замок вставим, вот, купили! – пожав руку, показал я тому свёрток в руках.

Втроём направились в офис. Я предложил отцу дверь снять, ведь так будет лучше.

— Конечно, лучше снять! – резко ответил тот. «Не в духе», — понял я, поддел снизу носком ноги дверь, и та легко сошла с петель.

— Давай, я подержу её, а ты начнёшь… – предложил я отцу, и он взялся за стамеску.

— А розетку сегодня будем делать? – поинтересовался Сергей.

— Да можешь хоть сейчас начать делать, — произнёс отец, не отвлекаясь от работы.

Я стоял, зажав дверь меж ног и придерживая её руками.

— Я что ли!? – удивился Сергей.

— Можешь отца своего позвать, — замер в работе отец и посмотрел на Сергея поверх очков. – Вдвоём быстрее справитесь, я думаю.

— Зачем отца звать!? – сильнее удивился тот.

— Ну я же вот замок делаю! Этот мне помогает! – отец указал стамеской на меня. – Мы делаем замок, вы – розетку! Это и будет совместная работа! Не хочешь приглашать отца, сделай сам! Сам сделаешь!?

Я понимал позицию отца и даже был с ним согласен. Но его явная конфликтность смущала. В ожидании ответа, отец уставился на Сергея поверх очков жёстким взглядом.

— Да не, я сам не смогу, я в электрике плохо соображаю, — промямлил тот.

— А раз сам не сделаешь, зови отца! – тут же припечатал отец. – Он то, надеюсь, в электрике соображает!? Тут несложно, всего одна розетка.

— Да как несложно!? – встрепенулся Сергей. – Места же нет под розетку, это что, новую делать придётся!?

— Ну, сделаете новую, что за беда!? – рявкнул отец и продолжил работать.

Я молчал, наблюдал за обоими, нервно ощущая витавшее в воздухе напряжение.

— Давай, я поковыряю, — предложил я в надежде хоть как-то снизить этот градус.

— Чего ты поковыряешь!? – огрызнулся и уставился на меня отец.

— Ну, углублю паз, давай.

— На! Ковыряй! – отец грубо сунул мне в руки стамеску и молоток, почесал пальцем под носом, поправил очки и снова уставился на недовольно кривившегося Сергея.

— Пошли, Серый, на склад, притащим стол и стул, — сказал я, когда с дверью было покончено, уводя того от зревшего конфликта. Сергей молча согласился.

Мы прошли полпути, прежде чем вздохнув он произнёс:

— Да… у Анатолия Васильевича характер, конечно…

— Да, характер у отца тяжеловатый, — кивнул я и добавил. – Что есть, то есть!

Взяв на старом складе стол и стул, мы пошли обратно.

Пятничным утром 24 июня мы снова оказались с Сергеем в офисе юридической фирмы, расписались в получении документов, и папка с ними легла в пакет Сергея.

— Ну что, пусть у меня будут или как? – произнёс он.

— Да пусть, — призадумался я. – Положи дома, какая разница! Пусть у тебя будут!

С этого момента в фирме официально стало два собственника с равными долями.