Глава 025

Пятница 19 августа выдалась шикарной. Мы отлично отработали неделю, в прочем, как и все предыдущие – отгрузки товара шли полным ходом и постоянно росли. Мы находились в предвкушении скорых поступлений новых товаров – инсектицидов и в сентябре крупного завоза солей для ванн из Питера. Настроение с утра было просто отличное, я пришел на работу, можно сказать, в парадном виде – светло-синие джинсы, черные туфли и черная футболка без рукавов. И захватил с собой черный портфель, который купил с год назад по случаю и до сего момента почти им не пользовался.

– О! Ну, Роман, ты совсем красавчик! – удивилась Вера, едва я вошел в офис.

Я пришел без пяти девять, но «мазда» уже стояла у палисадника.

– Куда это ты так нарядился? – уставился на меня Сергей.

– Как это куда!? – парировал я, ставя свой портфель рядом с его вниз в нишу шкафа. – Ты же сам сказал, что я должен выглядеть всегда хорошо, вот я и выгляжу!

Сергей покачал головой, улыбнулся, уперся локтем в стол и, положив голову лбом на ладонь, продолжил изучать какие-то бумаги. Я сел в кресло у двери.

– Ну что… – произнес Сергей спустя мгновение. – Я тут примерно накидал заказ «Аэросибу», посмотри, что скажешь?

Я взял протянутый мне листок, пробежал глазами по строчкам.

– Ну, нормально, на мой взгляд, – кивнул я. – Я особенно пока не разбираюсь в этом товаре, но так, насколько понимаю, все нормально. Давай, заказывай! Пусть будет так.

– То есть, такое количество дихлофоса заказываем!? – уточнил Сергей.

– Ну да, заказываем, мы ж решили! – развел я руками.

– Не, ну, я уточняю на всякий случай! Вдруг ты чего недопонял в заказе.

– Да все я понял, заказывай, звони этому своему корешу и заказывай, а то мы через две недели без товара будем!

Сергей замер на долю секунды, посмотрел на меня внимательно, шмыгнул носом и бодро сказал жене: «Вер, ну, давай, наберем заказ и скинем им по факсу!»

– А был бы интернет, отправили бы по интернету и все, – произнесла Вера.

– Да, было бы удобно, – буркнул Сергей, смотря в лист с заказом на столе перед собой и задрыгав под столом ногами.

– Ты когда собираешься на счет интернета идти? – посмотрела Вера на меня.

– Вот, сегодня после работы и зайду, они там до семи вечера работают. Я думаю, в пять отсюда выедем и как раз я успею, – ответил я.

– Ну да, – шмыгнул носом Сергей, мельком глянув на меня и обратно нырнув взглядом в лист бумаги. – Ромка как раз интернет сделает и будет нормально, будет уже и банк по интернету и так… удобно.

После обеда на столе зажужжал мобильник Сергея, звонили с юга по поводу первой партии инсектицидов. Сказали, что машина утром вышла и поздно вечером или ночью должна быть у нас.

– Ну, что, как решим? – Сергей посмотрел на меня, захлопнув телефон. – Как товар будем забирать у них?

– А раньше ты как забирал? – произнес я.

– Они и раньше всегда примерно в это время проезжали наш город… – начал было размышлять вслух Сергей и тут же закончил. – Да как, брал «газель», встречался с ними на трассе, перегружал товар и тут же расплачивался. Сейчас у нас отсрочка, деньги не нужны, просто надо забрать товар и все.

Сергей замолк и, выжидая, уставился на меня. Я молчал.

– Не, мы можем им сказать, чтоб ждали до утра, когда у нас в девять склад откроется, и они тогда смогут выгрузиться! – встрепенулся напарник, похоже, расценив мое молчание, как нежелание заниматься ночной перегрузкой товара на трассе.

– Да не, я думаю… – сказал я.

– Просто нам надо определиться, чтоб знать, какие телодвижения делать! – сказал Сергей нетерпеливо, поерзав задницей на стуле, изображая танцевальное движение.

– Да я тебя понял, – кивнул я. – Может, попросить Петю? Заплатим ему, да и все.

– Я уже с ним говорил, – торопливо произнес Сергея, явно ожидая этой фразы. – Он не может, на дачу куда-то там уезжает на все выходные, я не знаю…

– Ммм… фигово… – протянул я, обдумывая. – Не знаю, можно батю моего попросить… заплатим ему, естественно…

– А Анатолий Васильевич согласится? – заинтересовался тут же Сергей.

– Не знаю, могу позвонить спросить… – пожал я плечами.

– Ну, он там не занят? – поинтересовался Сергей.

– Не знаю, вряд ли, дома скорее всего… – снова пожал я плечами.

– Не, ну, вдруг он там работает каждый день с утра до ночи, возит какие-то товары, устал, лежит отдыхает, а тут мы такие с нашей ерундой!? – заботливо произнес Сергей.

– Да не, батя вроде пока ничем таким не занят, я даже без понятия, если честно, но вроде нет, – нагородил я ответ, смотря Сергею в глаза.

– А, ну, если так, то узнай! – добродушно развел руками тот. – Если Анатолий Васильевич согласится, то будет отлично! Мы, естественно, заплатим!

Я позвонил отцу. Ровным тоном в коротком диалоге из нескольких фраз, он согласился помочь нам с ночной перегрузкой товара в его «газель».

– Так, хорошо, Анатолий Васильевич согласен… – в размышлении произнес Сергей. – Как мы сделаем, мне позвонят, а я тебе позвоню, да?

– Ну да… – кивнул я.

– Ты ж, наверное, в клубе будешь со своим Вованом? – расплылся в улыбке Сергей.

– Вовка в отпуске! – улыбнулся следом и я. – Пока не приехал, но в клубе я буду!

– Вот, жизнь у человека, да, Верок!? – посмотрел Сергей на жену, та глянула в ответ, перевела взгляд на меня, улыбнулась и сказала чуть с укоризной: «Жениться тебе надо, Роман, хватит уже по клубам то шататься!»

– Да не, Вер, пусть человек гуляет! – возразил Сергей. – Роман все правильно делает, дело молодое! – Он с задором отмахнулся от жены, закинул руки за голову, сцепил на затылке пальцы в замок, откинулся в кресле и сказал уже мне. – Не слушай ее!

Договорились просто – я буду в клубе, при приближении машины к городу Сергей звонит мне, я отцу, тот выезжает из дома, забирает по пути в центре меня, и мы вдвоем едем на место встречи, куда Сергей подъезжает на своей машине. Перегружаем товар в «газель» и разъезжаемся до понедельника.

Работать закончили в пять. Пока Сеня суетливо переодевался в своей каморке, мы закрыли офис, дружно крикнули ему через дверь «Сень, пока!», сели в «мазду» и уехали. Сергей повел машину через центр, доставив меня в полшестого как раз к офису компании, интернет провайдера. За двадцать минут я оформил нужные документы, и вежливая сотрудница компании сообщила, что в начале следующей недели техническая служба проведет нам интернет. Я, сунув документы в портфель, вышел на улицу. Прекрасный вечер – конец рабочего дня и рабочей недели, центр города, летний легкий зной под тридцать. В идущих с работы людях чувствовалась пятничная расслабленность и неспешность. Многие шли вразвалочку с мороженым в руке. Я подошел к киоску и купил «пломбир». Домой не хотелось совершенно. Я задрал голову вверх, прищурил глаз и посмотрел в небо. «Ты какой-то урод», – пронеслось вдруг в мыслях, я сразу помрачнел, тряхнул головой, пытаясь скинуть наваждение и пошел через дорогу по пешеходному переходу в скверик на той стороне улицы. Мысли о неудавшихся отношениях с Ритой полезли в голову. Я пытался в сотый раз понять, что сделал не так, но ответа не нашел. Я знал, что не сделал все верно и безупречно, но не понимал, где ошибся. Силился понять вновь и тоже безрезультатно. Захотелось просто перевернуть неудачную страницу жизни и начать новую. «Вот сейчас сяду на лавочку и буду смотреть на всех проходящих девушек, понравится, познакомлюсь», – отчего-то твердо решил я.

Она появилась минут через пятнадцать. Я как раз успел допить бутылку пива и покурить. Девушка приближалась с той же стороны, откуда пришел и я, как в кино, прошла отточенной походкой от бедра мимо. Я вскочил как ужаленный. Конечно, она заметила мою реакцию. Проходя мимо, едва заметно скосила глаза, неуловимо ухмыльнулась. Брюнетка, около метра семидесяти, голубые глаза, белая кожа с еле уловимым загаром и легкой россыпью веснушек на лице и груди. Красное платье, сшитое из множества неплотно подогнанных друг к другу тонких веревочек, рыбацкой сетью облегало красивую фигуру, всеми линиями подчеркивая шикарную грудь четвертого размера. Осанка девушки была безупречна, походка чуть манерна. Черные туфли на шпильке вместе с красным цветом педикюра и маникюра идеально сочетались с платьем, похожим скорее на наряд исполнительницы латиноамериканских танцев. Девушка продолжала идти не спеша и величаво, неся себя с явным достоинством. «Наверняка занималась танцами, по походке сразу видно, так вышагивает, – резюмировал я, следом пытаясь успокоить, скакавшую галопом мысль, – вот это сиськи!»

Девушка перешла дорогу, посмотрев в обе стороны и вновь срисовав меня боковым зрением. Я перешел следом и неспешно нагнал ее метров через двадцать за углом ближайшего дома, едва та свернула в тихий переулок.

– Девушка, можно с вами познакомиться? – спокойно произнес я затертую до дыр всеми поколениями мужчин фразу.

– Мможно… – с задержкой спокойно и негромко произнесла та, остановилась, и по ее лицу промелькнула довольная ухмылка.

– Вы мне очень понравились, меня Рома зовут, а вас?

– Лиля, – сказала девушка с легким дефектом речи на букве «л».

– Предлагаю сегодня вечером встретиться и сходить в какое-нибудь уютное кафе, – сказал я, прикладывая огромные усилия смотреть ей в глаза, а не в вырез платья. Глаза! Я даже сначала испугался их цвета. Цвета голубой стали. Своим контрастом со жгуче-черными волосами они производили неизгладимое впечатление.

– Я сегодня не могу, иду на шейпинг в фитнес-клуб, – произнесла она.

– Хорошо, а вы запишите мой номер телефона! – бойко предложил я, крутя в руке портфель. – Позвоните, как будет время и желание.

– Хорошо, давайте, – сказала брюнетка, достала из сумочки телефон и подняла на уровень груди, готовясь записать номер. – Диктуйте.

Я продиктовал номер и стал следить взглядом за движением ее большого пальца по кнопкам. Отчего-то мне показалось, что девушка не станет записывать номер, а лишь сделает вид. Бывает такое, девушке парень не нравится, но впрямую она не говорит, а делает вид, что записывает номер, лишь бы тот отвязался. Брюнетка записывала. Движения пальца совпадали с цифрами моего номера.

– Куда вы сейчас смотрели? – произнесла неожиданно она, закончив и глянув мне прямо в глаза с любопытством.

– На вашу руку… Смотрел, записываете ли вы мой номер или делаете вид…

– Ааа… – произнесла та бесстрастно. – А я думала, на грудь.

Я удивился, пожал плечами: «Да нет, не смотрел».

Она не поверила, я ощутил это явственно. И даже едва уловимо разочаровалась ответу чередой быстрых мимических движений. Положила телефон в сумку.

– Звоните, увидимся, счастливо! – улыбнулся я и пошел обратно.

Я даже оборачиваться не стал, но в душе все заликовало. Девушка мне очень понравилась! Немного смущали глаза, я вспомнил их цвет, поежился, вновь ощутив боязнь. Не питая любви к конопатости, Лиле я совершенно простил такую особенность. Четвертый размер груди и белоснежная широкая красивая улыбка красных пухлых губ затмили собой все. Обратно дорогу я почти перелетел. В голове всплыл образ Риты. Я рефлекторно скривился и прогнал его тут же прочь и принялся думать о Лиле. Странное противоречие – девушка мне очень понравилась, но я не беспокоился о том, позвонит она или нет. Мне было даже все равно. А когда парню все равно, это написано на его лице, и девушки всегда звонят.

Я примчался домой как на крыльях, не обратил никакого внимания на очередной поток матерных слов матери, предназначавшихся и мне и отцу, принял душ, поковырялся в холодильнике, нашел какую-то еду, перекусил на скорую руку и с кружкой чая пошел на балкон к отцу. Тот, полулежа на подоконнике, созерцательно курил. Время шло к девяти.

– Ну, чего, па, съездим сегодня, заберем товар? – сказал я, садясь на диванчик.

– Я ж сказал, заберем, – произнес тот обычным тоном, не терпящим повторных вопросов по уже раз им данному ответу.

– Слушай, давай, так – я сейчас в центр поеду, там буду. Мне Серый позвонит, как машина на подъезде будет, я тебе позвоню тогда, ты поедешь и меня в центре заберешь, и поедем туда, хорошо? – рассказал я отцу задуманное.

– Хорошо, – сухо произнес он. – Где тебя забрать?

Я объяснил.

– Хорошо, – повторил отец.

Из коридора к нам подошла мать, зыркнула на обоих злобным взглядом и пошла в свою комнату, демонстративно хлопнув дверью. Оттуда донесся скрип старой кровати.

– Слушай, па, ты уже все деньги наши собрал? Полностью? – вспомнил я мысль.

– Да, все, а что? – отец докурил и сел прямо, в полоборота ко мне.

– Да я по поводу покупки диванов, может, на следующих выходных пройдемся по магазинам, да купим каждому по-новому? А то мать права, спим на рухляди…

– Можно и купить, – произнес отец, массируя лицо руками.

– Договорились, в следующую субботу сходим, – сказал я и пошел одеваться.

В «Чистом небе» я оказался около десяти вечера. Народу уже было полно. Август заканчивался, студенты и отдыхавшие массово возвращались в город и заполняли клубы своими загорелыми телами и лицами. Первые десять минут я только и делал, что здоровался. Рита уже работала. Я увидел ее, она меня. По взглядам оба все поняли, оставалось формально решить на словах.

– Привет, Рит, – сказал я весело, зная причину своего веселья, отчего разговор мне дался очень легко.

– Привет, – скривилась она, будто увидев что-то малоинтересное и постаравшись вложить во взгляд максимальное разочарование увиденным. Ей удалось. Я внутренне рассмеялся, не подав вида и дружелюбно произнеся: «Как отдохнула!?»

– Прекрасно! – Выдала она, явно довольная собой и ответом.

– Это хорошо, – ухмыльнулся я и решил «не тянуть кота за хвост». – Ну, что? У нас все?

Я смотрел на девушку и улыбался.

– Да, – максимально небрежно произнесла Рита, собирая на поднос очередной заказ. – Извини, мне некогда, я работаю.

– Хорошо, больше не задерживаю, – кивнул я. – Всего наилучшего, удачи.

– Взаимно, – буркнула она и растворилась в толпе с подносом.

Будто камень с души свалился. Как быстро меняется отношение и как легко его разрушить, особенно в зародыше. Месяц назад мне нравилась девушка, теперь стала безразлична. Я не играл, и оттого сделалось легко. В голове мелькнул образ Лили, я посмаковал его в голове и пошел к малой стойке и весь вечер провел между ней и танцполом. Сергей позвонил почти в полночь и сказал, что через пару часов машина с товаром будет на трассе на левом берегу. Я позвонил отцу, тот не спал, тоже ждал. В час ночи мы еще раз созвонились, и отец выехал. Я покинул клуб и не спеша пошел в сторону условленного места. Летней ночью гулять городу одно удовольствие – яркие огни витрин, много красивых и загоревших людей, немного шумно от катящихся по улицам машин, но это приятный шум. Через двадцать минут я прыгнул на так хорошо знакомое сидение «газе-ли». Когда мы подъехали, на обочине загородной трассы уже стояли грузовик  и «мазда». Управились за двадцать минут – подогнали «газель» задом к грузовику, Сергей прыгнул в ее кузов, я стал между машинами и по цепочке перекидали товар.

– Ну, что все? До понедельника? – сказал я напарнику.

– Да, давай, до понедельника! – засуетился Сергей, пожав мне руку и торопливо пожав отцовскую, словно подтверждая оставшееся между ними напряжение.

Все разъехались. «Газель» поставили на стоянку и в три ночи были с отцом дома.

 

Лиля позвонила в субботу после обеда. Мы мило побеседовали, я предложил встретиться в центре в восемь и поиграть в боулинг.

В пять минут девятого я, опаздывая на первое свидание, шел максимально быстрым шагом, едва не переходя на бег. Вывернув из-за угла, я чуть не врезался в спины двух прогуливавшихся девушек. Слева, девушка в желтой тонкой облегающей майке с длинными рукавами – я сразу узнал новую знакомую со спины – обернулась на звук шагов с недовольным видом.

– Привет, Лиль! – воскликнул, слегка запыхавшись, я. – Извини, что чуть опоздал.

Девушка оставила мои слова без внимания, не ответила на приветствие, лишь представила подругу. Я поздоровался и с той.

– Ну, что, пойдемте поиграем в боулинг!? – радостно предложил я, украдкой разглядывая новую знакомую. Та была уже не так ярко одета и даже слегка – промелькнула в голове мысль – безвкусно. Черная свободная юбка ниже колен, расшитая бисером и прочими «блестяшками» совершенно не шла к желтой футболке. От юбки веяло чем-то старомодным, черные туфли лишь усилили мое ощущение – тяжелые, на низком каблуке, они словно вынырнули из 50-х годов прошлого века. Собранные назад в хвост волосы Лили и минимум косметики на лице преобразили девушку в моих глазах – она казалась уже менее эффектной.

– Да, пойдем, – согласилась Лиля, важно кивнула.

Свободных дорожек не оказалось, все были заняты и надолго. Мы пошли в другой клуб. Миновали два парка, вышли на проспект, перешли улицу и оказались в небольшом уютном боулинг клубе всего на шесть дорожек с одной свободной.

– Остаемся? – посмотрел я на Лилю.

– Да, нормально, – махнула церемонно рукой та.

Шары катились, кегли с грохотом летели – в зале стоял шум. Мой мобильник ожил.

– Алло! – ответил я на звонок и отошел в сторону, подальше от шума.

– Рамзееес!!! – заорала трубка мне в ухо. – Я приееехал!!!

– Здарова, Вован! – заулыбался я. – Че ты орешь, как этот!?

– Бля, Рамзес, извини! – чуть снизил крик Вовка, еле сдерживая себя от эмоций. – Я приехал, блять! Ты че там делаешь!? Тусишь без меня в «Чистом небе» небось, да!? Бля, я соскучился по этому сраному гадюшнику! Две недели по нему скучал! Думал, как там, блять, Рамзес, без меня туда ходит!? Ну, ты че, бля, где, бля!? Че, какие дела!? Давай, рассказывай, ёбте, бля!!

Вовка фонтанировал мне в ухо накопившимися эмоциями. Я в полголоса смеялся.

– С девчонкой успел познакомиться, пока тебя не было! – выдал я самое главное.

– Нихуя себе!!! Бля!!! Рамзес! Шустрый малый, блять! Стоит тебя только на две недели одного оставить, как сразу с девкой какой-то познакомился! А Ритка как же!?

– А мы с ней вчера разошлись.

– А, ну и правильно! К хуям собачьим ее! Девка нормальная она, но мутная какая-то, а нам такие не нужны! – прокричал Вовка.

Я оглянулся. Лиля с подружкой переобувались около дорожки. Лиля пару раз глянула на меня, ответив на мою улыбку кривой ухмылкой. Вовка начал тараторить в ухо о том, как он замечательно провел отпуск, как поохотился. После чего тут же переключился снова на меня, узнав, что я в боулинге с двумя девушками, захотел присоединиться, потом передумал, скис, выпалил «да ну тебя в пизду с твоими бабами!», сказал, что сегодня отдохнет и увидится со мной завтра. Мы распрощались.

– Ну, что? Начнем!? Готовы!? – сказал я, потирая руки, вернувшись к девушкам.

– Мы, вообще-то уже давно готовы, – произнесла манерно Лиля.

Подружка ее что-то скромно добавила. Вечер начался. Я посматривал на Лилю, она, казалось, не очень интересовалась мною. Иногда я встречал ее взгляд, после чего, на лице Лили появлялась все та же легкая ухмылка. Я говорил какие-то слова, ища диалога. Лиля отвечала, но как-то механически, без интереса, не позволяя диалогу помешать ей бросить очередной шар. Мы откидали две игры, выпили по паре коктейлей и вышли на улицу. Я все продолжал присматриваться к новой знакомой. Держалась она статно, немного отстраненно, соблюдая дистанцию. Мне даже это импонировало, в предвкушении лучшего, хотелось пробиться сквозь преграду и оказаться по ту сторону. Мы прогулялись, я позвонил Вадику, тот забрал нас с проспекта и развез по домам. Лиля жила в старой части центра, там, где на прибрежном косогоре плотно ютились частные дома. Вадик вел машину по названному ею адресу, мы спускались все ниже к водохранилищу. Дорога становилась все хуже, извилистее, у́же. Асфальт кончился, пошел щебень и последние сто метров узкого спуска оказались двумя грунтовыми колеями.

«Едем в какую-то жопу», – промелькнуло в моей голове.

– Здесь остановите! – скомандовала Лиля с заднего сидения.

«Москвич» остановился. Я выбрался наружу, открыл, словно швейцар, заднюю дверь и подал Лиле руку. Холодная с тонкими пальцами рука девушки легла в мою. Первое касание рук. Всегда небезынтересный момент. Нравится-не нравится. В моей голове тут же сложилось мнение, я немного удивился ему и отложил куда подальше. Мы спустились вдвоем от машины вниз по промытой дождевыми стоками колее еще метров десять. Конец улицы, справа стоял небольшой зеленый одноэтажный деревянный домик. Как в сказке, если бы не расположение – унылый овраг в центре города. Пять метров до калитки. Мы остановились. Набор стандартных фраз – «спасибо за вечер», «приятно было познакомиться», «я завтра позвоню», «пока». Лиля церемонно подняла ручку и изящно манерно помахала пальчиками. Я развернулся и пошел к машине.

– В каких-то ебенях живет твоя знакомая, – сказал Вадик, с трудом разворачиваясь на мизерном пространстве, и гоготнул.

– Да, место не очень, – ухмыльнулся я, сгладив сказанное им, внутренне абсолютно согласный с таким мнением.

Вадик отвез меня домой. Перед сном я думал о Лиле. Она мне нравилась. Не сказать, что я в нее влюбился. Нет. Возникла сильная симпатия, я чувствовал, что ее достаточно для развития более серьезного чувства. Внешне девушка была в моем вкусе. Первое общение вышло несколько прохладным и скомканным. Я списал все на наличие подруги Лили и решил следующий день провести именно вдвоем. И я все больше задумывался о серьезных отношениях и семье. Предыдущая осечка с Ритой не убавила моего пыла. Появился шанс новых отношений, и я со всей ответственностью и серьезностью вознамерился его реализовать.

 

В воскресенье к нам добавился Вовка. Мне совершенно не хотелось, чтобы из-за начавшихся у меня отношений, друг был мною забыт. Около семи часов вечера я и Вовка пошли на встречу с Лилей. Вовка засы́пал меня вопросами о ней, тарахтел всю дорогу. Увидев Лилю, Вовка скис, начал что-то мямлить, суетиться – девушка ему понравилась. Мы неспешно двинулись по проспекту, собираясь по пути зайти в какое-нибудь уютное кафе. Вечер прошел замечательно. Я рассказал о себе, девушка о себе. Вовка тужился, вставлял свои сальные шутки и оставшийся с армии солдафонский юмор. Лиля на них реагировала, томно улыбаясь и порхая своими длинными ресницами, словно крыльями бабочки. При упоминании мною о своем деле и бурном поддакивании Вовки с непременным словом «буржуй», на лице Лили проявилась заинтересованная благосклонность. Она тут же рассказала про старшего брата, тоже занимавшегося своим бизнесом, с ее слов, весьма успешно. Сама Лиля оказалась врачом. Мне сразу вспомнились слова матери, что в жены надо брать девушку-врача. У Лили был двухнедельный отпуск. Оказалось, она работала в Москве, а сейчас просто приехала домой к родителям на отдых буквально за день до нашего знакомства. Я подскис – представил, что через пару недель Лиля вернется в Москву и гуд бай отношения! Хотя… я был серьезно настроен. Я тут же отогнал пораженческие мысли и решил продолжать строить отношения, во что бы то ни стало. Лиля похвалилась – закончила медицинскую академию с красным дипломом, отучилась лучше всех в аспирантуре и теперь по большому блату получила место в московском госпитале. Она сыпала медицинскими терминами, вырастая в моих глазах, как умная и образованная девушка. Мы пробыли вечер в кафе и вышли снова на улицы города ближе к полуночи, прогулялись еще с часок, и я позвонил Вадику. Завершение второго вечера в точности повторило окончание предыдущего. Я проводил Лилю до калитки, мы постояли там пару минут, я хотел поцеловать ее в щеку, но не решился даже на это. Лиля, словно прочитав мои мысли, снова томно улыбнулась и порхнула пару раз ресницами. Мы распрощались. Я вернулся в машину и сел рядом со Вадиком.

– Блять, Рамзес, охуенная баба!! – заорал мне в ухо Вовка, запрыгав бабуином на заднем сидении.

– Да, подруга ничего такая, красивая, – согласился, улыбаясь, Вадик. – Только живет в ебенях…

– Вот вы уроды, – засмеялся я.

– Нда, мы такие, – той же интонацией добавил Вадик, посмотрел на меня смеющимися глазами. – Ну что, поехали? По домам?

 

Следующие две недели мелькнули в моей голове сплошной каруселью, какой до сих пор не случалось. Мы загуляли с Лилей по полной. Днем я еле высиживал на работе, вечером бежал с ней. Вовка как приклеенный гулял с нами. Мы побывали, наверное, в половине заведений и кафе города. Каждый вечер начинался с небольшой прогулки, после чего мы оказывались в каком-нибудь кафе, снова гуляли, опять кафе, но другое. И так до двух-трех часов ночи. Утром я просыпался в восемь и волочился полусонный на работу. Прочие события отошли на второй план и прорывались в сознание лишь фрагментами. Деньги потекли из моего кармана сначала незаметно, а после как сквозь решето.

– Роман, ты там загулял что ли!? – сдвинув брови в наигранно серьезном тоне и улыбаясь сказал Сергей, когда я предложил взять часть зарплаты раньше срока.

– Да так… – отшутился я, – появилась одна пассия, приходится ее развлекать!

– Красивая хоть!? – произнес Сергей, зажевав губу, скрестив руки на груди и закинув ногу на ногу в кресле и тут же бросив жене. – Вер, ну, спиши с нас с Романом по пять тысяч в счет зарплаты!

– А вы уже в августе все забрали! – уставилась на него та.

– Ну, тогда пиши в счет сентября, – пожал плечами я. – Вы просто деньги пораньше возьмете и все, вам-то какая разница…

– Да мне как скажете! – развела руками Вера.

– Вер, ну, спиши, спиши! – торопливо махнул рукой Сергей. – Ромке надо, не оставлять же его без денег. У него там любовь, сама видишь.

Сергей дружелюбно засмеялся, Вера понимающе заулыбалась и достала тетрадку.

– Вер, спиши по семь, – сказал я, задумался на секунду. – Да, давай, Серый, по семь возьмем, а то мне не хватит.

– Да что ж там за женщина такая!? – снова в шутку выпалил он, ныряя рукой в свой портфель, улыбаясь и отсчитывая себе деньги. – Ты себе из своей же половины возьмешь?

– Да, из своей! – кивнул я. – Отличная там женщина! Врач! Работает в Москве!

– О! Ну, тогда ясно! – сказал Сергей, отсчитав деньги и переложив их в отдельный карман портфеля.

– Все, женим Романа! – развеселившись, добавила Вера, посмотрела на меня. – Кончится, Роман, у тебя холостяцкая жизнь!

– Да ладно вам! Мы только познакомились и просто гуляем…

Дни летели. Кафе, боулинги, бильярдные, клубы. Вадик каждую ночь развозил нас по домам. Лиля благодушно мне улыбалась, поддерживала беседы на любые темы, высказывала всегда свое твердое и решительное мнение. Вовка постоянно кружился рядом, общаясь в своей манере – заглядывая в лицо снизу вверх, фонтанируя эмоциями. Казалось, ему общение с Лилей доставляет не меньшее удовольствие, чем мне.

– А у тебя есть сотовый, Лиль? – спросил я ее на третий день нашего знакомства. – А то я тебе звоню на домашний. Вдруг тебя дома не будет…

– Ничего, звони на домашний, – отмахнулась та. – Я сотовый тут не включаю, а то будут с работы звонить, доставать…

На пятый день я снова позвонил Лили.

– Здравствуйте, – автоматически произнес я, услышав «алло» мужским голосом. – А Лилю можно услышать?

– Лилечку? – произнес мужчина мягким и спокойным голосом. – Сейчас приглашу.

– Алло, да? – раздался в трубке знакомый голос.

– Привет, Лиль! – произнес я. – Это твой папа сейчас взял трубку?

– Привет, да, папа, а что? – напряглась Лиля.

– Да не, ничего, приятный такой, судя по голосу, у тебя папа! – воскликнул я.

– А, ну да, папа у меня хороший, – ответила она будто механически.

Мы быстро договорились о встрече вечером, закончили диалог и я забыл о ее отце на несколько дней, до такого же телефонного разговора с матерью Лили.

– Алло! Да!? – раздался металлический грубый женский голос в трубке.

Я инстинктивно отдернул ухо и внутренне сжался – на меня повеяло холодом.

– Здравствуйте, а Лилю можно услышать? – сказал я.

В динамике раздались шумы, слышно стало, как телефонная трубка на том конце шмякнулась об стол, раздались удаляющиеся шаги и все стихло.

– Да? – сказала Лиля, чуть запыханым голосом.

Через пару часов мы с ней встретились и стали гулять по тихим улочкам центра. Вовка в тот день оказался дежурным по базе и освободился лишь в девять вечера.

– Мама у тебя такая серьезная женщина, – деликатно выразил я свое неоднозначное впечатление от дневного звонка. – Голос у нее прям как у командира.

– В смысле, «серьезная»? – внимательно посмотрела на меня своими абсолютно голубыми глазами Лиля, к которым я все никак не мог привыкнуть. Услышав окончание моей фразы, откинула с лица назад манерным движением руки прядь волос и тихим голосом добавила. – Да, мама у меня со строгим характером.

– Я уже заметил, – хмыкнул я. – А папа, наоборот, мне показалось, очень мягкий человек, да? Он всегда такой?

– Папа у меня просто очень воспитанный и интеллигентный, он очень хороший врач, – сказала Лиля. – Его все любят в больнице, весь персонал. Папа очень любит маму.

Лиля вдруг заулыбалась, вспомнив что-то, и тут же продолжила, вдруг эмоционально ожив: «Представляешь, один раз на работе, какая-то женщина призналась ему в любви, а он привел ее и познакомил с мамой и сказал, что очень любит маму и у них ничего быть не может. Так забавно! Представляешь!? Так он ее любит!»

– Ну да… – выдавил из себя я первое, что появилось в голове от столь неоднозначной истории, – замечательный у тебя папа…

Следующие пару часов до десяти вечера мы так и провели вместе, после чего к нам, как ошпаренный, примчался Вовка. Уже втроем мы выбрали уютное кафе и пробыли там до полуночи. Звонок Вадику и снова я с Лилей у калитки домика. Я потянулся к ее щеке. Лиля чуть повернула лицо. Я коряво ткнулся губами почти в ухо и пошел к машине.

– По домам? – посмотрел на меня и Вовку Вадик, едва я сел и захлопнул дверь.

– А сколько времени? – сказал я и сам же первый ответил. – Полпервого. Рано. Сегодня суббота, «Небо» до трех. Вован, че скажешь? Может, погнали в «Небо»!?

– Бля, Рамзес, какие вопросы!? – запрыгал тот сзади на сиденье радостно. – Ясен хуй в «Небо»!

– Вова – безотказный малый, – хмыкнул Вадик и через десять минут мы уже смешались с толпой в клубе. Вечер был в полном разгаре. Мой взгляд привычно выцепил среди людей Риту. Та бегала с подносом меж столикам, но меня заметила сразу. Я равнодушно выдержал ее взгляд, приветственно кивнул и прошел мимо в сторону малой стойки.

– Ритка бегает, суетится, на тебя посматривает! – осклабился Вовка, едва мы заняли привычное место под аркой в гроте.

– Да мне похуй! – буркнул я. – Пусть смотрит, ее проблемы.

За час мы с Вовкой накачались спиртным и вышли на улицу крепко поддатыми. Тут же подъехал Вадик.

– Теперь, надеюсь, домой? – весело уточнил он и, получив утвердительный ответ, развез нас по адресам.

Следующим вечером я занял у Вовки пять тысяч, и мы их тут же прокутили. Побывали в одном кафе и двух клубах. Лиля вся сияла от сплошного внимания со стороны нас двоих. В последнем клубе она отчитала официантку за нерасторопность обслуживания. Лиля посмотрела на девушку столь надменным взглядом, что мне стало отчего-то неловко за свою спутницу. Официантка засуетилась и быстренько обслужила наш столик. Мое настроение испортилось, но я не подал вида. Вовка вошел в раж – орал и веселился, рассказывал Лиле подряд всякие истории то про работу, то про охоту, заглядывал ей в лицо и постоянно хватал за руку. В тот вечер я впервые почувствовал легкую усталость. К трем часам ночи на меня накатило, я обмяк и впал в ступор.

Утром я еле смог продрать глаза. Встал, машинально пошел в душ, пожарил яичницу, поел, попил чаю и поехал на работу. Желудок ныл от вчерашнего алкоголя чуть сильнее, чем обычно. Сердце гулко стучало. Голова отяжелела, словно ее залили свинцом.

– Серый, давай, возьмем еще по десять тысяч, – предложил я напарнику в середине дня, едва мы управились с текущими делами. – А то я у Вовки занимал, отдать ему надо.

– Роман совсем загулял! – улыбнулась Вера.

– Да ладно… – отмахнулся я, не имея сил оправдываться.

– Ничего, это нормально, Ромыч! – подбодрил Сергей, тут же сунув руку в свой портфель. – По сколько, говоришь, возьмем?

– По десять, а то я пятак Вовке должен, надо ему отдать, – буркнул я.

– А когда ж твоя Лиля уезжает к себе в Москву? – поинтересовался Сергей, будучи с женой в курсе всех моих загулов.

– Через неделю… вроде бы… – снова буркнул я.

– Так это тебе пятака не хватит на неделю! – категорично сказал Сергей. – Может, по пятнашке возьмем!? Смотри, деньги есть, можем взять…

Я задумался. Сергей говорил дело, пять тысяч мне было маловато.

– Да, давай, возьмем по пятнашке! – махнул я обреченно рукой.

– Вер, ну, спиши с нас по пятнашке, не оставлять же Ромку без денег, когда у него такая женщина появилась! – заулыбался понимающе Сергей, отсчитал себе пятнадцать тысяч и сунул в отдельный карман портфеля.

Деньги закончились в среду в последний день лета. И мы с Сергеем, говоря его словами, еще раз «нырнули в общак».

– Вовчик меня несколько раз пытался взять за руку, – жеманно произнесла Лиля в четверг, мы гуляли вдвоем по проспекту.

– Вовка? – удивился я, не понял смысла сказанного и пожав плечами. – Ну, может быть, я не знаю, зачем ему это…

Лиля взяла меня за руку. Странное ощущение. Та самая прежняя мысль вновь мелькнула в моей голове, но я ее снова отогнал.

В пятницу я позвонил Лиле и повторно нарвался на металлический голос мамы.

– Лилю!? Да! Можно! Сейчас! – рявкнула та в трубку, и крикнула в сторону:

– Лиля! Тебя!

Пятничный вечер прошел по обыкновению весело. Мы весь вечер гуляли втроем, меняли одно заведение на другое, танцевали и веселились, а под конец решили на следующий день сходить на шашлыки. Лиля горячо поддержала Вовкину идею, как маленькая девочка радостно захлопала в ладоши и закричала «ура, ура, ура!».

Утром в субботу в десять я был уже у Вовки. В центре комнаты на полу лежала большая сумка, которую тот уже деловито собирал, словно отправлялся в дальний поход. Обстоятельность – одна из лучших черт Вовки, я частенько замечал ее нехватку в себе.

– Все взял? – заглянул я в сумку.

– Да, блять, вроде все! Мяса два килограмма там! Вчера замочил!  – Выпалил запыхавшийся Вовка, суетясь меж сумкой и шкафами в одних джинсах.

– Давай, помогу! Чего еще нужно уложить!? – предложил я.

– Да вроде все, блять! В центре сейчас купим в магазине огурцов, помидоров, зелени всякой, а так все! – выдохнул Вовка, осматриваясь и крутясь около сумки.

– Шампура взял!? – сказал я.

– Да! Взял! Там внизу лежат! – отмахнулся Вовка.

– Давай, тогда собираться. Нам через полчаса уже надо быть в центре, а то Лилька придет, будет ждать, неудобно, – сказал я.

Мы быстро собрались, взяли за ручки сумку и пошли на остановку. Через полчаса были уже в центре на месте встречи. Я позвонил, Лиля опаздывала.

– Блять!!! – выкрикнул вдруг Вовка, едва я закончил общение.

– Ты чего!? – уставился я на него, шарящего внутри по дну сумки.

– Шампура забыл дома!! – Выдал тот, покраснев от натуги.

– Бля, Вов, ты че!? – уставился я на друга. – Где ж мы теперь шампура возьмем!?

Я начал озираться, мы стояли у главного входа в большой гипермаркет.

– Пошли, поищем шампура в магазине, тут должны быть! Купим! – сказал я и потянул сумку и Вовку за собой.

Автоматические ворота распахнулись, и мы вошли в вестибюль.

– Надо какой-нибудь охотничий магазин или дачный, или что-то вроде того искать, – буркнул я, озираясь, и наткнулся взглядом на пластиковую вертикальную тумбу с табличкой «Информация» на ней. – Вон, девушка сидит, Вован! Пошли у нее спросим!

Я потащил сумку и Вовку к тумбе. Вышло смешно. Тумба оказалась высотой почти с Вовку, лишь макушка его головы и глаза выглядывали поверх.

– Девушка, здрасьте! А подскажите, пожалуйста, где тут у вас шампура можно купить!? – выдал я с ходу. – А то мы собрались на шашлыки, а шампура дома забыли!

Высокая брюнетка, приятной наружности, лет двадцати, с черными прямыми волосами ниже плеч приветливо нам улыбнулась, немного растерялась и произнесла тихо:

– Ой, вы знаете, я не знаю, я только второй день тут работаю.

– Ладно, ничего, сами найдем! – буркнул я. – Пошли Вов, будем искать сами!

Вовкины глаза смотрели то на меня, то на девушку поверх тумбы с противоположной стороны и растерянно хлопали. Я снова взялся за ручку сумки, потянул вверх. Вовка рассеяно взялся за ручку со своей стороны и вяло пошел за мной, буркнул «девушка».

– Че девушка!? – сказал я, едва мы отошли метров пять от тумбы.

– Девушка симпатичная, – промямлил Вовка.

– А, да! Ничего такая! – поддержал я, но протащив еще пару шагов за собой Вовку, сообразил. – Понравилась что ли!?

– Да, симпатичная… очень, – Вовка смутился, залился краской, уставил глаза в пол.

– А че ты тормозишь тогда!? – хмыкнул я. – Не парься! Иди бери телефон!

Я развернулся в сторону тумбы. Девушка неловко улыбалась нам, то ли догадываясь, то ли из вежливости. Вовка мялся.

– Вов, блять, иди давай! Нам шампура покупать еще, а щас Лиля приедет! – насел я на друга и пихнул его слегка в сторону тумбы. – Иди давай, бери телефон, скажи, что потом позвонишь, все дела!

Вовка решился и поплелся к тумбе как на казнь. В моей голове крутился только вопрос о шампурах. Я бегал глазами по вестибюлю и вывескам магазинов и отделов, пытаясь сэкономить время и вычислить сразу нужный.

– Все, взял, – раздался за спиной голос Вовки.

Я обернулся, тот светился счастьем.

– Ну вот, нормально! А то бы мялся еще сто лет стоял! Пошли, вон, отдел какой-то, там могут быть шампура! – я взялся за сумку, но Вовку не пришлось просить дважды, он вцепился в ручку и поволок уже меня за собой. – Как зовут то ее!?

– Лера, – радостно сказал Вовка, сдержанно поправился. – Валерия.

Мы купили шампуры, через десять минут подошла Лиля, все трое сели в такси и отправились в загородный парк. Там мы удалились метров на сто вглубь леса, обнаружили обжитой пятачок с бревнами и старым кострищем, там и остались.

Вечер удался. Огонь был разведен, шашлыки пожарены и съедены. Вовка суетился и болтал больше обычного. Лиля смеялась при каждой его шутке, называла жеманно «Вовчиком» и благосклонно принимала все его услужливые жесты. Я на время впал в легкую задумчивость – лето кончилось, Лиля уезжала, впереди зима и снова не пойми что в личных отношениях. Как стемнело, я и не заметил. Костер догорал. Стало вдруг прохладно, темнота обступила нас плотнее, людские голоса со стороны парка стихли.

– Сколько уже времени, Вов? – произнес я.

– Почти десять, без десяти! – выдал тот, склонив наручные часы к углям костра.

– Ну, что, пойдем? – посмотрел я на обоих.

– Да, пора, – деловито сказал Вовка, встал с бревна и начал собираться.

Мы затушили костер. Темнота стала абсолютной.

– Как же мы пойдем? – произнесла резонно Лиля. – Совсем ничего не видно.

– Щас придумаем! – бодро сказал я, снял с себя футболку, намотал ее на палку, облил остатками жидкости для розжига костра и скомандовал. – Вован, поджигай!

Вовка поднес зажигалку, факел вспыхнул и отогнал темноту метров на пять вокруг.

– Во!!! – заревел Вовка. – Другое дело, Рамзес!! Башка у тебя соображает!

– Классно, классно! – защебетала Лиля, захлопав восторженно в ладоши.

– Держитесь за мной! Мы выходим в путь! – торжественно, как в детских фильмах про пиратов, произнес я, и мы гуськом пошли через лес. Я с факелом, Лиля следом, придерживаясь за мою руку и спину и Вовка с сумкой, замыкающий.

Через пару минут мы вышли из леса. Парк почти опустел. С десяток, таких же как мы припозднившихся, толклись на выходе парка у трассы. Мне стало прохладно. По голому торсу побежали мурашки.

– Мерзнешь!? – осклабился Вовка.

– Да не, нормально, – соврал я. – Надо такси вызывать…

Вовка достал телефон и вызвал такси. Лиля села на лавочку, закинула ногу на ногу и поежилась, легкая тонкая футболка никак не защищала ее от вечерней прохлады. Я взял Вовкину мастерку и накинул на плечи девушки.

– Спасибо, – произнесла та, улыбнулась и кокетливо потупила взор.

Я присел на корточки перед Лилей, взял ее ногу за щиколотку и медленно провел рукой вверх, замерев чуть ниже колена.

– Завтра уедешь и все… – пробормотал я, ощущая, как мое лицо расползается в виноватой неловкой улыбке.

– Ну, я же буду приезжать… – сказала она, ухмыльнулась, подняла голову и стала рассматривать проезжающие за моей спиной машины.

Я смотрел на девушку, и два совершенно противоположных ощущения боролись в моей голове. С одной стороны – Лиля была мне симпатична, ее внешняя яркость притягивала, я настроил себя на серьезные отношения с ней. С другой – колокольчик нет-нет, да и позванивал в моей голове. Я старался не замечать его, его тревожный звук, явно раздававшийся в моменты, которые я сознательно игнорировал. Волна озноба пробежала по моему телу, я незаметно вздрогнул, еще раз посмотрел на Лилю. Ее голубые глаза смотрели куда угодно, только не на меня. Колокольчик в голове звякнул, я сцепил зубы – тот затих.

– Есть сигарета, Вов? – сказал я, встав в полный рост. – А, ты ж не куришь! Сколько времени прошло?

– Десять минут, – отчего-то виновато произнес Вовка. – Да щас приедет, Рамзес! Еще минут пять и приедет. Замерз, буржуй!?

Вовка ехидно захихикал. Лиля посмотрела на меня. С любопытством, но без участия. Ее голубые глаза смотрели на меня безразлично.

– Нет, не замерз! – соврал снова я, дернув плечами, будто просто так, а на самом деле, что б согреться. – Просто ждать надоело.

Я отвернулся от Ли́ли и уставился на дорогу. На душе стало противно. Колокольчик внутри дрыгался, обозлившись, я мысленно смял его и выкинул подальше.

Подъехало такси. Мы сели в него, я с Лилей сзади, Вовка спереди. Сразу стало тепло, мурашки на коже исчезли, я пригрелся.

– Куда, Рамзес, Лильку сначала завезем, да!? – гаркнул Вовка.

– Да, Вов, давай так сначала, – буркнул я, такси тронулось.

Вместе с прохладой из меня улетучилась и злость. Настроение вернулось в норму. Я повернулся к Лиле и улыбнулся ей, взяв за руку. Девушка ухмыльнулась. Я забыл все тревоги. Две недели моего чудесного забытья подходили к концу. Прощаясь в три часа ночи у своего зеленого домика, Лиля дежурным движением подставила мне щеку. Я осмелел и коряво ткнулся губами в ее губы. Лиля залилась краской, ухмыльнулась и захлопала ресницами.

– Буду тебе звонить… – проблеял я.

– Зачем звонить, пиши эсэмески, – практично предложила Лиля.

– Да у меня связь такая, там нет эсэмесок…

– Да? Жаль! А ты переходи на такую связь, как у меня.

– Да этот телефон только для такой связи, для GSM не подходит.

– Ну, а ты купи еще один, для GSM, будет два, – продолжала Лиля. – Один для работы, а со второго будешь мне писать. Будем созваниваться!

– Да, хорошая мысль! – вдруг дошло до меня. – Куплю завтра такой телефон.

Мы распрощались, и в воскресенье 4 сентября, в день отъезда Лили я купил самый дешевый телефон за три тысячи рублей, лишь бы тот звонил и отправлял «эсэмески».

– Лиль, привет! Я купил телефон! Теперь буду писать тебе сообщения! – радостно выпалил я, позвонив ей сразу после покупки. – Запиши этот номер!

– Как быстро, молодец, – сказала девушка и добавила с грустью. – А я сегодня уезжаю. Долго теперь не увидимся.

– Лиль, хочешь, я приеду на вокзал тебя провожать!? – торопливо произнес я тут же с готовностью, расценив последнюю фразу девушки как намек.

– Зачем!? – удивилась та вмиг изменившимся тоном, ставшим, как у ее матери. – Не надо! Меня будут мои все провожать. И мама, и папа, и брат с женой. Зачем ты приедешь?

«Зачем ты приедешь?» – повторилось у меня в голове два раза и словно отрезвило.

– Да? Ну, ладно, – промямлил я. – Пока. Хорошей тебе дороги.

– Да, пока, давай, до связи! И спасибо тебе за прекрасный отпуск! – сказала Лиля возвышенно, но я не слышал ее слов. Непонятно откуда взявшаяся обида накатила изнутри и сбила мой пыл как волна воды сбивает пламя.

В тот же день мы с отцом купили в магазине два дивана и кровать для матери. Через пару часов мебель привезли доставкой. Мы с отцом отнесли старую рухлядь на мусорку, и в ту ночь вся семья ночевала уже на новой мебели.

– Зачем вы купили мне эту кровать!!? – завопила мать, едва мы собрали покупку в ее комнате. – Она мне не нравится! Забирайте ее нахер отсюда!

– Не нравится, так пошла бы с нами и выбрала ту, какая нравится!!! – не выдержал и заорал отец. – Какого хера ты лежишь тут уже пять лет как колода!! Волосы отрастила!! Страшилище! Иди, подстригись! Приведи себя в порядок! В комнате уберись! Свинарник развела! Грязи по колено! Тебе предлагали идти с нами и выбрать себе кровать! Не захотела!? Спи на том, что купили!

Отец вышел из комнаты матери и с силой хлопнул дверью, прошептав отчаянно:

– Ой, дура, ой, дура… мля…

Я совсем перестал понимать мать. Сюрреализм в нашей семье достиг апогея. Отец был прав – мать опустилась до некой жуткой точки, за которой возврата к нормальной жизни уже не было. Она целые дни проводила в своей комнате лежа на кровати под одеялом и спала. Или не спала и тогда смотрела свой маленький телевизор, который, казалось, работал круглосуточно.

 

Лиля уехала. Я очнулся от наваждения лишь в понедельник 5 сентября.

– Все, уехала твоя невеста? – посмотрела сочувствующе на мое кислое лицо Вера.

– Да, все, уехала, – буркнул я, поеживаясь в кресле у двери.

Сергей оторвался от бумаг и внимательно посмотрел на меня.

– И как же вы теперь? – задала вопрос с оттенком женского сопереживания Вера.

– Не знаю, – пожал плечами я, достав из кармана новый телефон. – Вот, буду эсэмески писать, звонить. Че еще делать?

– Сколько ж вы с ней денег прогуляли? – сказал Сергей.

– Понятия не имею… – вновь пожал я плечами, удивившись вопросу. – Я и не считал, брал же из общака, сам посчитай, сколько там, я не знаю…

– Слушай, Верок, – переключился Сергей на жену. – Я думаю, нам надо мне телефон купить, а то ходим с тобой с одним. Неудобно. А этот тебе останется?

– Если нужно, покупай, – ухмыльнулась та.

– Да и Вере купи телефон! – влез я. – А то этот старье уже, экран еще черно-белый. Даже у моего этого говна и то уже цветной! Стоит копейки – три тыщи всего!

Я помахал перед собой новым телефоном.

– Да этот в свое время, знаешь, сколько стоил!? – уперся Сергей. – Я его за тринадцать тысяч покупал тогда!

– Ну и что!? Я свою «раскладушку» тоже покупал в свое время за десять тысяч, а теперь она, дай Бог, три стоит, а то и меньше! – парировал я. – Время то идет!

– Ну да, Давидыч в свое время, помню, тоже купил компьютер первый за аж восемьдесят тысяч!

– Во, видишь! – подхватил я. – А щас комп максимум тридцатку стоит и то навороченный, а простенький можно и за двадцать-двадцать пять купить!

– Ну да, – скис Сергей.

– Кстати, можем компьютер купить, мы же собирались! – вспомнил я, едва только наш компьютер начал издавать очередной электронный хруст из-под стола.

– Да, компьютер можно было бы купить, – деликатно поддержала Вера.

– Вер, да не можно, а нужно! – отрезал я. – Че ты сидишь на этом говне, оно уже не работает, скрипит, коптит, того и гляди сдохнет! Ты слышишь, как винт трещит, сдохнет и вся информация пропадет, будешь потом заново все накладные восстанавливать!

– А что, если компьютер сломается, то вся информация пропадает? – обеспокоился Сергей.

– Смотря, как сломается! – пожал я плечами. – Если винт слетит, то да, все, пиздец!

Сергей задумался, вздохнул и нехотя произнес:

– Да, надо будет покупать новый компьютер, этот уже слишком старый…

– Пойдем на склад сходим, Серый! – выпалил я, хлопнув по подлокотникам кресла. – А то скоро соли придут, надо с местом под них определиться.

Мы вышли на улицу и двинулись в сторону склада, оба по летней привычке в шортах и шлепанцах, погода еще держалась теплая.

– Роман, ну, ты мне скажи! – начал диалог Сергей. – Мы вот завозим сейчас соли, отраву завезли, «Аэросиб» придет, будем выкупать остатки его на зиму…

– Ну, и чего!? – бодро шагая выпалил я.

– А деньги, если что, у нас есть на все это? Ну, у тебя есть деньги, если вдруг понадобится платить за весь этот товар?

– Мы так справимся, Серый. Нам деньги не понадобятся, вот увидишь!

– Это, дай Бог, если не понадобятся! Но вдруг…

– Серый, да не будет никакого «вдруг», мы хороший темп набрали! Все, что завозим, все продается отлично! У нас товар не застревает, висяков нет никаких! Ты зря волнуешься, при таких оборотах и наценках мы все отсрочки по платежам легко покроем из прибыли! Даже если где-то не впишемся на неделю-две по срокам, я думаю, подождут, ничего страшного не случится!

– Ромыч, да я только за, если так все будет, как ты говоришь! Но, если…

– Серый, да есть деньги, есть! – заулыбался я и приятельски хлопнул его по плечу, вспомнил про шестьсот тысяч в банке на счету у отца, засмеялся. – Есть деньги, поверь!

– Ну, если ты так говоришь, то я не волнуюсь. Просто у меня есть… ты только Верке не говори, она не знает… есть у меня счет в банке и акции есть, у меня там триста тысяч лежит! Так что, если че, вынуть смогу и сюда вбросить… если у тебя столько же… там где-то, то я спокоен…

– Серый… – я беззвучно засмеялся. – Да не переживай ты так! Я тебе сказал – есть деньги! Я не вру тебе! Там нормально!

– Ну, не меньше!? – заулыбался тот и произнес с настаивающими нотками.

– Больше, Серый, больше! – хлопнул я еще раз по плечу напарника, мы зашли в склад, я выкрикнул внутрь. – Сееень!!

– Да тут я, тут, – буркнул и вышел из-за ближайшего штабеля коробок кладовщик.

Следующие полчаса мы провели на складе, определяя место для нового товара и прикидывая, что и куда переместить. Склад радовал глаз. Такого у нас отцом никогда не было – три четверти двухсот пятидесяти метровой площади были уже заполнены. Свободному месту оставалось пустовать не долго. С каждой неделей росли складские запасы, торговые обороты и прибыль росла. Первые два месяца завершились сразу с прибылью.

– Сколько ж у нас товара на остатках, Серый, ты смотрел? – обернулся я к тому, отрывая взгляд от штабелей коробок.

– Шестьсот семьдесят тысяч! – Отчеканил Сеня.

– О, нормально, – кивнул я. – Быстро прибавляется…

– Да, ничего так, – упер руки в боки Сергей, по-хозяйски поставив ногу на поддон. – Сень, ну, ты понял! Подготовишь место для солей, а потом еще «Аэросиб» придет.

– Да, Сереж, конечно, все сделаю! – Едва ли не вытянулся по стойке «смирно» тот.

Я улыбнулся, меня забавляло поведение кладовщика.

– Сень, слушай, а ты один справляешься? – сказал я.

– Да пока да! Ром, справляюсь! – Выпалил тот, замялся, ухмыльнулся и стал переминаться с ноги на ногу, выходило, будто перепрыгивает туда-сюда. – Хотя, если дело так пойдет, то помощник бы не помешал.

– Я понял тебя, Сень, – задумался я на секунду. – Давай так, как почувствуешь, что все, уже не справляешься, дай знать, хорошо?

– Хорошо, Ром! – закивал благодарно тот.

– У тебя есть какой-нибудь друг или знакомый на примете, если что, чтоб грузчиком к тебе? – поинтересовался я.

– Да есть один… – ухмыльнулся Сеня и вновь запрыгал с ноги на ногу.

– Ну, ладно, это потом решим! – отмахнулся нетерпеливо Сергей, снял ногу с поддона и вальяжно пошел на выход.

– Да, потом решим, – согласился я и направился за напарником следом.

– Ромыч, ты просто не подумай… – продолжил тот незаконченный разговор, едва мы миновали угол склада и пошли к офису. – Я вот, например, могу деньги хоть завтра вынуть и вложить в бизнес, мне не слабо, они у меня есть… А ты так отвечаешь, будто их и нет у вас с Анатолием Васильевичем или тебе сказать слабо? Я просто не пойму…

Я аж хмыкнул от удивления, давненько не слыхав такого слова.

– Серый, да при чем здесь слабо или не слабо!? – пожал я плечами и развел руками. – Это что еще за детское определение? Вот ты сказанул! Аж удивил! Не знаю, как ты, я как-то не меряю такие вещи в категориях слабо-не слабо…

Я растерянно замолк, Сергей задумчиво брел рядом. Изжога, мучившая меня с утра, усилилась и заставила скривиться. Я набрал в колонке воду в баклажку и остаток дня потягивал ее маленькими глотками, немного сбивая силу изжоги, еле дотерпев до конца рабочего дня. Как обычно, Сергей с Верой поехали на дачу через мою улицу и подвезли меня. Едва распрощавшись с ними, я пулей залетел в аптеку, накупил минеральной воды и таблеток, запил второе первым и, чуть расслабившись, поплелся домой. Остаток дня я провел в вялом состоянии – изжога спала, но желудок крутило. Выпитый за две недели загулов с Лилей алкоголь сказался на здоровье. Я, по имеющемуся опыту, приготовился к недельной борьбе с желудком. В голове отчего-то всплыли слова Сергея о растраченных деньгах и я, никогда прежде не занимавшийся подобным, подсчитал расходы и неприятно удивился. За две недели я спустил на Лилю тридцать тысяч – примерно два своих месячных оклада. Чувство, что мои деньги, а главное, усилия – все вместе, пропали даром, подползло откуда-то со спины и, злорадно ухмыляясь, поселилось в голове.

Поделиться книгой…